1
2
3
4.1
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
188
189
190
191
192
193
194
195
196
197
198
199
200
201
202
203
204
205
206
207
208
209
210
211
212
213
214
215
216
217
218
219
220
58

Чонгук

Я солгал.

Душ был вовсе не холодным... ну, разве что немного прохладным под конец, но довольно тёплым, пока я стоял под прозрачными струями, опираясь кулаком о стену, в то время как другая рука с силой сжимала член, доводя меня до логического финала, которого я вполне мог бы достичь и оставшись в постели с Розэ, но это было бы слишком смущающе.

Да, Чон, ты и смущение?

Две параллельные, никогда ранее не пересекавшиеся вселённые?

Но все когда нибудь бывает в первый раз, и нежная ладошка Розэ, во сне случайно легшая на мой пах и очень удобно там устроившаяся, почти заставила меня кончить прямо в трусы. Её тонкие пальчики неосознанно нежно сжимали мой вставший член, легонько поглаживая, и... Это было уже слишком.

Утренняя эрекция и так была ежедневным явлением, а когда ко мне сзади прижималась красивая хрупкая девушка в одной тонкой пижаме, совершенно не мешавшей мне отчетливо ощущать все соблазнительные выпуклости и изгибы её изящной фигуры, у меня и вовсе все плыло перед закрытыми глазами от желания, а низ живота горел огнём, требуя немедленной разрядки.

Как же мне хотелось... Черт...

Я просто с ума сходил от желания полностью её раздеть, избавив от ненужной пижамы, чтоб ничто не мешало мне наслаждаться красотой её обнаженного юного тела, и подмяв её под себя, прижать к кровати, не дав сбежать от меня, и наконец позволить себе забыться, полностью потеряв себя в ней прямо сейчас.

Сердце заходилось в неистовом ритме от безумного желания целовать её сладкие манящие губы, ласкать нежно и неторопливо, не спеша раскрывая её чувственность и пробуждая ответное желание, чтоб она сама захотела меня так сильно, чтоб уже не смогла отказать мне.

Я так её хотел, что у меня темнело перед глазами, а дыхание сбивалось и я до боли сжимал кулаки, пытаясь справиться с собой и не натворить глупостей. Ведь если б я позволил себе хоть на минуту забыться, отпустить тормоза и сдаться своим тёмным желаниям , Розэ бы точно этого не оценила, а, скорее всего, просто выставила бы меня вон из своей спальни и из своей жизни и наверняка больше никогда бы не захотела меня видеть.

Какой бы уверенной в себе и острой на язычок она не была, моя Бэмби все ещё оставалась хрупкой невинной малышкой, которая была совершенно не готова к тому, что вчера произошло с ней на той проклятой вечеринке. Как и к сексу в целом.

Хотя я очень сомневался, что кто-то в принципе может быть готов к изнасилованию, но понимал, что с девственницами надо обращаться очень бережно и ни в коем случае не спешить. Иначе первый неприятный сексуальный опыт может вообще напрочь отбить у девушки желание заниматься сексом.

И в другом я сказал ей правду.

Я действительно никому никогда не предлагал быть с ней всю жизнь, да и просто быть моей девушкой в официальном смысле этого слова.

Да, девчонок у меня было много и я их действительно не считал, но дальше пары ночей дело не заходило и я никому из них не предлагал встречаться, не испытывая желания обременять себя отношениями во времена моей бурной криминальной юности.

А потом, когда с моим бандитским прошлым было покончено благодаря стараниям моего дяди, я полностью сосредоточился на учёбе и мне было не до того, чтоб строить личную жизнь.

Но все это было до Розэ, в которую я влюбился, как школьник, и ничего не мог поделать со своими чувствами.

Не мог и не хотел.

Раньше я воспринимал девушек, как хорошеньких милых созданий, пригодных лишь для того, чтоб греть по ночам мою постель, и предпочитал слушать не болтовню, а стоны, когда втрахивал очередное хрупкое тело в кровать, даже не удосужившись узнать её имя, но этим летом все изменилось, и я чувствовал, что это, видимо, карма меня настигла за всех тех девушек, которые влюблялись в меня, ведясь на броскую внешность и деньги, а я не отвечал им взаимностью.

Наверно, именно поэтому Розэ так долго динамила меня и упрямо не давалась мне в руки.

Я улыбнулся, вспоминая обо всех тех случаях, когда она меня отшивала,а то и вовсе награждала тумаками и оплеухами, когда я становился слишком настойчивым и лез к ней целоваться без спросу.

Мой упрямый олененок...

Но я был ещё более упрямым и знал, что рано или поздно, но она все равно сдастся. И в конце концов так и вышло.

Я все - таки взял измором эту неприступную крепость.

Просто сразу не понял, что надо сменить тактику и брать не нахрапом, как я привык, а тихой нежностью и заботой, которая так нравилась Розэ, и перед которыми она в итоге не смогла устоять.

Я улыбнулся,думая о том, как сладко было целовать её в постели этой ночью, и какими мягкими и податливыми были её губы, послушно раскрываясь под моим напором, и ускорил движения рукой, с силой сжимая головку, и спустя пять секунд кончил с хриплым стоном и именем Розэ не губах, очень надеясь, что она все ещё спала и не слышала этого.

Прикрыв глаза и прижавшись лбом к запотевшему стеклу душевой кабины, я тяжело дышал, пытаясь восстановить дыхание и чувствуя, как приятные волны оргазма проходили по ногам, все ещё сжимая подрагивающий член в руке, пока тёплая вода смывала все свидетельства моего позора.

Боже, Чон, до чего ты докатился... Вместо того, чтоб вернуться в постель и заняться любовью с той, кого так отчаянно хочешь, ты, закрывшись в душе, торопливо дрочишь, как прыщавый подросток, у которого никогда не было секса.

Но я знал, что Розэ бы точно не оценила, если б я начал её домогаться на следующий же день после того, как её чуть не изнасиловали.

Нет. Нельзя.

Ещё слишком рано.

И не только из-за этого мерзкого инцидента, но и потому, что я просто не мог с ней так поступить.

Моя Бэмбиай только--- только оттаяла, наконец спрятав свои колючки, которыми все это время так отчаянно защищалась от меня, и начала доверять мне, и я просто не мог предать её доверие.

Она была такой маленькой и хрупкой и так сильно дрожала в моих руках этой ночью, что у меня сжимались зубы и кулаки от желания найти этого подонка и размазать его по асфальту, чтоб даже следа не осталось.

Но, чувствуя, как тесно ко мне прижималась Розэ в неосознанном поиске защиты, тихо всхлипывая и цепляясь дрожащими пальчиками за мои руки, я понимал, что ни за что её не оставлю одну.

Я был нужен здесь, был нужен ей.

И пока я буду ей нужен, я буду рядом.

***

Немного придя в себя, я наконец выключил воду, ставшую почти ледяной, и, быстро вытеревшись и обернув полотенце вокруг бёдер, вернулся обратно в спальню.

Розэ все ещё крепко спала и выглядела такой милой во сне, уткнувшись носиком в мою подушку и крепко её обнимая, что я не смог сдержать глупой улыбки, приподнявшей уголки моих губ.

Маленькая изменщица, так быстро нашла мне замену.

Но, заметив, с каким наслаждением она нюхала меня вчера, я понял, что ей нравился мой запах, что он успокаивал её, даря такое необходимое ей чувство безопасности.

И я был готов дать ей его, и защитить от всего мира, если потребуется.

Тихо подойдя к кровати, я осторожно присел рядом с ней, двигаясь максимально бесшумно и стараясь не потревожить моего спящего олененка, и нежно отвёл мягкие, как пух, волосы с её лица.

Она нахмурилась и я решил, что ей снилось что-то не очень приятное, поэтому надо было срочно это исправлять.

Я наклонился и нежно погладил её по тёплой бархатной щеке, а затем легонько поцеловал в губы.

Они удивлённо приоткрылись, явно не ожидая ничего подобного, и Розэ тихонько вздохнула и крепче сжала подушку в кулачках, но не проснулась. Но хмуриться вскоре перестала, когда я оставил ещё парочку невесомо нежных поцелуев на её щеках и подбородке, нежно поглаживая по разметавшимся по подушке волосам.

Я ни с кем и никогда не был таким нежным и очень надеялся, что она это оценит. С ней нужно было обращаться крайне бережно и деликатно, чтоб она снова не направила на меня свои колючки.

Но я не боялся их, понимая, что это просто защитная реакция.

Розе нужны шипы, чтоб защитить себя от тех, кто захочет её сорвать.

Я невольно улыбнулся этому сравнению, ведь тоже собирался сделать именно это, но в любом случае, для этого было ещё слишком рано.

Нельзя, нельзя, нельзя...

Твердил мне разум.

Но так хочется...

Вздыхало сердце и то, что находилось ниже пояса, и о чем не принято говорить в приличном обществе.

Мне безумно хотелось лечь рядом с ней и разбудить её поцелуями, целуя её кукольное личико, лоб, скулы, виски, вздернутый своенравный носик, который она так часто задирала в моем присутствии, а губы оставить напоследок, смакуя их мягкость и сладкий вкус, как самый вкусный десерт, а затем избавиться от полотенца на бёдрах так же, как и от её тонкой шелковой пижамы, которая на самом деле не скрывала практически ничего, и, накрыв Розэ своим телом, наконец сделать ее своей.

Боже...

Запретный плод всегда так сладок?..

Я настолько потерялся в собственных мыслях, что очнулся только тогда , когда вставший колом член снова начал натягивать полотенце на моих бёдрах, настойчиво требуя воплотить в жизнь все те развратные фантазии, о которых я думал. Причём немедленно.

Черт возьми! Так и до спермотоксикоза недолго. А там и до импотенции, если моё вынужденное воздержание продлится слишком долго. Но я планировал изменить такое положение дел в самое ближайшее время и все - таки уложить любимую девушку в свою постель. И вовсе не для того, чтоб спать или рассказывать ей сказки о драконах, а для вполне очевидных и очень приятных взрослых дел.

Я улыбнулся своим коварным планам, но затем тихо вздохнул, понимая, что пока мне не светит воплотить их в жизнь, и с неохотой отстранился от все ещё спящей Розэ, которая даже не подозревала, какие пошлые вещи хотел сделать с ней, тот кого она выбрала своим защитником.

Но я был уверен, что все ещё впереди, а пока... Ещё один холодный душ вовсе не помешал бы. 

© Luna Mar,
книга «Серце в його долонях».
Коментарі