1
2
3
4.1
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
188
189
190
191
192
193
194
195
196
197
198
199
200
201
202
203
204
205
206
207
208
209
210
211
212
213
214
215
216
217
218
219
220
170

Розэ

После операции прошло два года.

Я восстановилась в университете и продолжила учебу, а Чонгук после окончания интернатуры остался работать в клинике вместе с Тэхёном. Работы у него было очень много, и иногда он так уставал после операций и напряжённых дежурств , что по возвращении домой ближе к полуночи пару раз засыпал на диване в гостиной , даже не дойдя до спальни.

Я же не могла без него спать и даже если ненадолго отключалась, дожидаясь его прихода, все равно расслаблялась и спокойно засыпала только тогда, когда чувствовала тепло сомкнувшихся вокруг меня крепких родных объятий и слышала тихое, виновато выдохнутое мне в волосы:

"Прости ,малышка, я снова тебя разбудил..."

Но я готова была простить ему все что угодно , лишь бы он был рядом, и со счастливым вздохом утыкалась ему в грудь , прижимаясь к любимому всем телом и наконец крепко засыпая , чувствуя себя в полной безопасности.

Мне казалось, что с течением времени мои чувства к Чонгуку только крепли, становясь все сильнее с каждым днём, и я уже не представляла свою жизнь без него.

Несмотря на свой молодой возраст, Чонгук в браке вел себя очень зрело, и муж из него получился просто великолепный, потому наша семейная жизнь текла ровно и спокойно , без серьезных ссор и потрясений. Скорее, это я часто вела себя, как ребенок, а Чонгук на это лишь улыбался и сгребал меня в охапку, крепкими объятиями и долгими поцелуями убеждая в том, что я неправа , и, признаться, такой метод убеждения всегда работал безотказно.

Конечно, не обходилось без мелких бытовых споров, но это было такой ерундой по сравнению с тем, что мы уже пережили, что нам всегда удавалось решить все мирно и так, чтоб каждый остался доволен достигнутым компромиссом.

***

Но все же... была одна тайна, которую я скрыла от любимого мужа, так как знала, что на вопрос, который никак не давал мне покоя, Чонгук ни за что не даст мне ответа. И потому я пошла к брату, чтоб узнать, кто стал... моим донором.

Тэхён очень удивился, когда я спросила его об этом спустя почти год после пересадки сердца, и поначалу пытался увильнуть и сьехать с этой чувствительной темы, но я была непреклонна, и в итоге спустя полчаса уговоров, просьб и откровенного шантажа, мне все же удалось выведать у него эту страшную тайну.

Я не понимала, почему они с Чонгуком настолько засекретили эту информацию, что о погибшей девушке, спасшей мою жизнь, никогда даже речи не заходило за все это время, но... Я просто чувствовала, что не успокоюсь , пока не узнаю о ней хоть что-нибудь.

Мне нужно было ... Почтить ее память и поблагодарить за тот бесценный дар , который она дала мне , и о котором я... просила звёзды в тот далёкий декабрьский вечер на горе Намсан.

К счастью, Тэхён, когда я сказала ему об этом, тоже наконец понял , почему это было для меня так важно, и пообещал узнать, где ее похоронили.

***

Через несколько дней адрес , где жили ее родители, уже был у меня на руках, и я поехала туда, чтобы отдать последнюю дань уважения моей спасительнице.

Увидев на пороге незнакомку , пожилая женщина не сразу поняла, кто я , но когда я сказала ей, что сердце ее дочери теперь бьётся в моей груди, пригласила меня войти, а потом... разрыдалась прямо в прихожей и долго не могла успокоиться , отчего я тоже не смогла сдержать слез , понимая, что никакие слова утешения тут не помогут и не вернут жизнь ее погибшего ребёнка. Но спустя некоторое время она все же справилась с эмоциями и сказала, что съездит со мной на могилу своей погибшей дочери.

***

Ее звали Инхен.

Ей было всего двадцать четыре года.

И ,стоя на кладбище перед ее могилой, которая была заставлена букетами белых лилий, я долго смотрела на светлое мраморное надгробие , испытывая крайне противоречивые чувства.

Среди них была и печаль, и сочувствие ее родным, и сожаление о том, что она ушла из этого мира так рано , и в какой-то степени я даже чувствовала вину , словно я... каким-то образом украла жизнь этой девушки , попросив эту жизнь для себя... но главным из этих чувств была благодарность . Благодарность за то, что она подарила мне бесценный шанс... прожить целую жизнь вместе с Чонгуком.

© Luna Mar,
книга «Серце в його долонях».
Коментарі