Dmytro N.
@sadness_and_sorrow
Стихи Все
Сон
Вновь сред ночи стою пред тем домом, Вновь окружает меня тёмный лес, Снова с небес рокотание грома - Не ждёт меня здесь ни одно из чудес... Явился домишка тот будто из сказок - Весь такой гордый, пышный, помпезный! Да только нет постояльцев, исчезли все разом, Погрузилось жилье в запустения бездну. Стоит весь он дряхлый, обветшалый уже, Тьмою зияют окон глазницы, Винограда лоза на втором этаже, Скрепят, будто стонут, гнилы половицы. Чувствую я - надо бежать! Не хороший сей дом, полон он зла. Но вновь не могу сам с собой совладать, Ведь манит безумно сия темнота... Стоило только ступить на порог, Как дверь распахнулась сама по себе. Снова злой дом захватить меня смог, Вновь проиграл я в неравной борьбе. Вновь я блуждаю по комнатам пыльным, Что всё не кончаются, как лабиринт, И вновь провожают меня пустым взглядом Серые лица со старых картин. Страх первобытный чувствую я, Но всё продолжаю по дому плутать, Хоть и хочу - не могу убежать, Всё скитаюсь, блукаю, в оба глядя. И вот вновь набрел я на лестницу ту, Что меня ужасает только лишь больше: Старые стёртые ступени из камня И гнилые перила, ведут что в темноту. Хоть сам не желаю, хоть боюсь я ужасно, Но всё же ступаю на старинный подъём, Упираться пытаюсь, но всё понапрасну, И как призрак медлительно плыву я по нём. Вновь наверху лишь те комнаты две, Вновь в ту что слева заглянул я украдкой, В правую вновь захожу посмотреть И вновь застываю од звуков столь гадких. Вновь за спиной слышу стоны и хрип. И знаю ведь я уже дальше что будет, Но все равно хоть глазком хочу посмотреть, Надеясь что вновь меня крик тот разбудит... Пустыми глазницами в душу мне смотрит Девица, что изувечена вся. Молча стоит, а потом начинает В конвульсиях биться, безумно вопя. И рёв тот как будто из адских глубин, Пробирает меня до мозга костей. От первородного страха с разбегу в окно - Лишь бы сбежать отсюда скорей. А за окном пустота, вселенская тьма, И не леса уже, и не дома нет вовсе. Лечу в никуда, просто падаю я, Горло срывая криком безумца. И... Просыпаюсь. Снова сей сон... Снова кошмар это был тот гротескный, Меня что терзает каждую ночь, Вновь и вновь ужасает, словно адские фрески...
14
3
4400
Роковая любовь
В живописных горах стоял городишка, Лесами окутан и солнцем согрет. Узкие улочки, черепичные крыши - Уютное место не знало что бед. Жила там девица, что под стать поселенью, И лик бесподобный имела, и душу, Людей чаровала собой всех в мгновенье, Потаённые чувства доставала наружу. Три локтя ростом, с личиком милым, И до пояса угольно-черной косой, С очами бездонными цвета сапфира, С талией тонкой и грудью большой. Тихая, скромная - ну просто богиня! Такой вот была сия героиня. Со всего королевства сватались к ней, Но совсем не желала никого из парней. Дворяне, купцы, рыцари, судьи, Охотники, лекари, мастера ремесла - Всех отшивала красавица мигом, Будто хотела всегда быть сама. Но была на то одна лишь причина - Уже полюбила всем сердцем она, Хоть и боялась в этом признаться, Тихо страдая ночами одна... Жил в городке том один лоботряс - Старого конюха внук непутёвый - Обычный лентяй, что ни к чему не стремясь, Всё время кутил, дурак бестолковый. Полюбила гуляку юная дева, И хоть понимала, что он безнадёжен, При виде его душа словно пела, Щёчки пылали и тело всё тоже. Но всё ж вот однажды узнал шалопай О любви, что столь сильно пытала венера, И сразу же пакость придумал бугай, Хотел пошутить, что б селенье гудело. Повстречался немного, чуткость, чтоб усыпить, Втерся в доверье к наивной девчушке, Дождался момента и нагло чести лишил, А потом разболтал всем возле церквушки. И народ загудел, мол: «Такая святая, А под болвана без раздумий легла». Все шептались, смеялись, слухи всё распуская - От позора такого сама себя извела... Страдала, рыдала, измучилась вся, Исхудала, померкла, была совсем без лица, В полубреду слонялась по дому, Спокойно жить не могла из-за подлеца. Кончилось тем, что загубила себя - Возле дома в петле нашли холодной уже... И не стало венеры - забрала земля, Посерели все люди, опустели в душе. В истерике билась безумная мать, На седой голове волосы рвя, Истошно рыдал и хмурый отец, Проклятия сыпал, зубами скрипя. Время летело, стихала и боль, Но вот сред зевак городских пошёл слух, Что вновь по ночам гуляет та дева, Что не почил её ещё дух. В багровом наряде плывёт среди улиц, Вся бледная, словно декабрьский снег, Людей пред собой совсем не замечает, На вопросы любые не произносит ответ. «Да брехня это все...» «А может правда она?» «Ох, нечистая это у нас тут гуляет...» «Возможно, умерла ведь она не сама...» «Призрак её всё ещё тут витает...» Шептались, шептались, да толку-то ноль, Так никто й не узнал что за диво такое. А вот бездарь, что девицу в могилу отвёл, И сам уже стал, будто чудо чудное. Казалось, что силу его кто-то взял, Энергию жизни забирал постепенно - С каждым днём бедолага, как цветок, увядал, Дни доживал, будто призрак тот, бренно. «Это кара тебе за грех твой огромный, Не оставит она теперь в покое тебя, На свет тот затянет, так и запомни!» - Говорил старикан внука взглядом сверля. Так и случилось - умер мерзавец, В пекло свела девица его, Постарел, исхудал, поседел словно старец, И в земли схоронили на века одного. Казалось бы всё, конец уж рассказа, Свершилась вендетта над безрассудным юнцом, Но начали люди слегать от заразы, Все, кто смеялся вместе с глупцом. Забирала в могилу багровая дама Людишек, кто сплетни тогда распускал, Мстила девица, будто бы в драме, Сеяла ужас промеж серых скал. Кончилось это лишь когда весь народ, В церкви молился, грех искупая, И лишь эта молитва дух усмирила, Ярость его на покой отправляя...
21
3
6985
Безумный палач
Холод могильный пробудил ото сна И сырости вонь сразу врезалась в нос. Стоило только открыть мне глаза, Как страхом пронзило тут же насквозь. В подземелье цепями был прикован к стене, Покалечен, измучен, замордован столь страшно, Что, казалось, и не я сидел это вовсе, А кто-то другой, что уж был не в себе. Оторваны ногти и содрана кожа, Выбиты зубы и выколот глаз, К синюшным ногам уже крысы добрались, Последний дух испущу, казалось, сейчас. "Проснулся? Прелестно!" - из темноты донеслось, "Тогда поиграем с тобой мы немедля!" "Кто ты?! И со мной что, к чёрту, стряслось?!" - Завопил я, неся какие-то бредни. Но вместо ответа лишь смех прозвучал, И следом же некто в кровавых перчатках Свои истязанья вновь начал гадко, Вновь изощренно меня убивал. И линчевал, и пальцы рубил, глаза выжигал, Под рёбра прутья вводил, кости ломал, за шею давил, Брюхо вскрывал и кишки доставал, Органы все, словно фарш порубил. Но как Прометей терпел все я пытки, Вопреки всем увечьям умереть всё ж не смог, Обезумел од боли и мыслил столь зыбко, Что лишь тихо стонал, смотря в пустой потолок. Сдалось мне минула будто целая вечность, Прежде чем смог я вновь собрать весь свой разум И голосом хриплым прокряхтеть что-то тихо Аспиду, бился что в безумном экстазе. «Послушай, безумец, за что мне всё это? Зачем ты меня терзаешь так дико? Минаю ведь я всё что есть под запретом. И кто же ты есть, каратель безликий?» «Ну! Обижаешь! Ибо я - это ты! И сам ты себя столь злостно пытаешь! Пусть не тело, но дух сам себе изнуряешь, Ну, присмотрись! Иль не замечаешь?» Я присмотрелся... И правда ведь я... Присмотрелся ещё раз - и уже не в цепях... Третий раз глянул - сижу в комнате дома... Глянул четвёртый - и не в волдырях... И тут я всё понял... Будто солнце из туч, пришло пониманье всего, что здесь было, Осознанье всех мук, что довелось пережить, Всех истязаний, что как корабль уплыли. И правда ведь сам же губил я себя, Сам же кромсал, убивал, изводил, За прошлым гонялся, за него и судил, Грехи замолить ведь так я пытался. Был я неправ и всё делал лишь хуже, Только вред приносил искупленьем таким, Думал спастись, но очнулся так в луже, В слезах утопал и был нелюдим... Но больше не стану я так прозябать, За прошлым гонятся не буду я впредь, Помнить я буду и не забывать, Но только не так, хотелось чтоб умереть...
18
5
7982