Глава 1. Ты мне нравишься
Глава 2. Поговори со мной
Глава 3. Ты ошибаешься
Глава 4. Я знаю тебя. Часть 1
Глава 4. Я знаю тебя. Часть 2
Глава 4. Я знаю тебя. Часть 3
Глава 4. Я знаю тебя. Часть 4
Глава 4. Я знаю тебя. Часть 5
Глава 4. Я знаю тебя. Часть 6
Глава 5. Помоги мне. Часть 1
Глава 4. Я знаю тебя. Часть 1
Оставаться один на один со своей совестью не самое приятное занятие. Я искренне ненавижу делать оценку своих поступков, размышляя верно ли поступил. Прекрасно понимаю, что убил человека, и понимаю, что не сделай этого, сейчас бы в лесу лежало два трупа вместо одного.

Но факт убийства не сможет отменить никакое обстоятельство или оправдание, также как факт того, что не испытывал ни капли жалости к Бронту. Сильнее всего меня беспокоят пережитые в процессе эмоции. Может мать права, и я бессердечный монстр?

Или все дело в чертовом фениксе? Не будь я им, может и не решился бы на убийство так просто. Эта сила сродни наркотику. Манит своей мощью и приносит боль после. Восемь лет я успешно пытался запереть ее, использовал лишь малую толику спящей энергии, но сегодня позволил ей поглотить меня, и почувствовал себя чуть ли не Богом.

Не могу не отметить еще кое-чего. Сегодня сила феникса была как никогда податлива, многие вещи выходили интуитивно. И если раньше мой арсенал умений ограничивался парой-тройкой примитивных фокусов, то эта ночь значительно подтянула мои способности. Все эти потоки энергий, я раньше не чувствовал и уж тем более не мог повлиять на них.

А может причина в ней?

Я поворачиваю голову к Клеа и задумчиво рассматриваю. Появление девочки-волчицы за пару дней успело навести шума в моей тихой мирной жизни. С тех пор, как она стала человеком, мне очень сложно быть спокойным. Она как помеха в радиоволне, как катализатор в химической реакции.

Поначалу я полагал, что Клеа просто раздражает меня, но если задуматься, то возмущение, которое испытываю каждый раз, находясь с ней рядом, в первую очередь исходит от феникса. Он словно намеренно подпитывает мои эмоции и заставляет терять контроль, в желании вырваться на свободу. Даже сейчас, когда огненная энергия девушки очень слабая, я ощущаю некоторое неспокойствие своей силы.

Клеа прерывает мои размышления. Она вдруг начинает дышать учащенно и как-то тяжело. На лице, перепачканном кровью, появляется мучительное выражение.

Обеспокоенно кладу ладонь на ее лоб, проверяя температуру. Странно, у нее действительно жар. Я думал, что после исцеления ранений, она будет просто спать, восстанавливая физические ресурсы. Уверен, что вытащил весь яд. Неужели ей все еще больно? Феникс не справляется?

Девушка мычит, издает всхлипывающие звуки и начинает плакать. Слезы катятся к вискам, а губы дрожат.

— Мам… Нет… Нет… Мама… — не открывая глаз, бормочет она в бреду.

Похоже, дело тут не в физической боли. Я беру ее за руку, чтобы успокоить. Клеа крепко впивается в мою ладонь холодными пальцами и вновь жалостливо повторяет:

— Мама…

Мне становится как-то не по себе. Весьма неоднозначное впечатление складывается, когда тебя держит за руку девушка, но при этом зовет маму. Я, конечно, понимаю, что она меня сейчас не узнает, но ситуация все равно идиотская.

— Клеа, все хорошо. Все в порядке, — говорю ей, свободной рукой поглаживая по голове. Так и быть, сыграю свою роль в этом сценарии.

От моих действий или нет, но она ненадолго затихает. Мышцы лица становятся заметно расслабленней, а пальцы разжимаются, выпуская руку из плена. Но дыхание все еще рваное, на лбу проступила испарина. И вновь она принялась что-то бормотать.

Не могу оставить ее лежать вот так. Мне же лучше, если придет в чувства побыстрее. Поэтому, пропустив одну руку под шеей Клеа, а вторую под коленями, аккуратно поднимаю и усаживаюсь вместе с ней под ближайшим уцелевшим деревом. Уперевшись спиной в шершавый ствол, укладываю голову девушки у себя на плече и приобнимаю, чтобы не упала.

Теперь я ощущаю, как она дрожит. Уж не знаю, от холода или кошмара, но колотит ее жестко. Решаю отогреть волчицу своим огнем и окружаю нас двоих энергией феникса. Потоки едва видимого пламени обвиваются вокруг тел, заключая в своеобразный кокон. Все выходит на удивление быстро и просто.

Уже начало светать, и потребность в оставленном ранее костре, хотя бы для света, пропадает совсем, поэтому гашу его легким усилием воли. Приятное ощущение от созданной мной оболочки, — словно погрузился в горячую ванну, — вскоре дает свои плоды. Дыхание Клеа успокаивается, приобретая ровный ритм, тело почти перестает трястись, а сама она, наконец, заканчивает бредить и умолкает.

В тишине и тепле я и сам заметно расслабляюсь. Даже закрываю глаза в надежде отогнать дурные мысли и немного подремать. Ведь тоже изрядно вымотался.

***

Когда прихожу в сознание, не сразу понимаю, где я и что происходит. Солнечный свет пробивается сквозь листья и слепит глаза с непривычки. Несколько раз сонно моргаю. Кажется, я посреди леса, но мне тепло и уютно, как под одеялом. Поворачиваю голову и чуть не вскакиваю от неожиданности, когда понимаю, что нахожусь в объятиях Алана.

Парень мирно сопит, слегка задрав подбородок вверх и прислонившись затылком к коре дерева. Спит, но я чувствую, как вокруг нас струятся теплые течения его энергии. Интересно. Когда он успел этому научиться? Помнится, ныл совсем недавно, что ему холодно в лесу. Это практика с фантомным волком так повлияла на его способности?

Понемногу в моей голове восстанавливаются картины недавних событий. Я встревоженно хватаюсь рукой за живот и опускаю глаза на разорванную, перепачканную кровью и землей футболку. Кажется, все в порядке. По крайней мере, я точно цела. Но, что вообще произошло?

Моя беспокойная возня будит Алана. Он недовольно щурится, тянется рукой к лицу и потирает веки. Второй продолжает придерживать меня за предплечье.

— Ты в порядке? — взволнованно спрашиваю, едва он поворачивает ко мне голову.

— Думаю, это был мой вопрос, — удивленно моргает парень. — Это ж ты, чуть на тот свет не отправилась, хотя обещала так не делать.

Я стыдливо отвожу взгляд в сторону.

— Если б ты не влез, я бы с ним разобралась, — бурчу себе под нос.

— Не похоже было, что ты контролируешь ситуацию, — скептически отзывается Алан.

— Я почти сожгла его, но не стала из-за тебя. Решила, что если сделаю так у тебя на глазах, то лишь увеличу пропасть между тобой и фениксом, — пытаюсь пояснить ему ход своих мыслей.

— Как великодушно, — подмечает парень с насмешливым равнодушием и убирает от меня руку. — Но тут ты права. Гораздо эффективнее позволить мне сжечь его самому.

Я резко поднимаю глаза и непонимающе таращусь на него. В моих последних воспоминаниях Бронт, охваченный пламенем, катался по земле, издавая дикие животные крики, и я была уверена, что это дело рук Фо. Феникс даже злился на меня, когда просила прекратить. И Алан выглядит уж слишком спокойным для того, кто накануне испепелил человека. Должно быть, он так шутит.

— Раз уж очнулась, может встанешь? — вдруг предлагает он.

— А… Да, конечно, — растерянно отвечаю я и немедленно поднимаюсь, в процессе отдавив парню ногу и заставив поморщится. Тело как деревянное, не особо слушается. Наверное, восстановление еще не завершилось, а значит, и комментариев Фо какое-то время не услышу. Возможно, к лучшему.

Пока Алан поднимается следом, я осматриваюсь.

Пепелище передо мной внушительное. Земля почернела, деревья и кусты обуглились. Прожженные стволы переломились под тяжестью крон и накренились, сцепившимися ветвями образовав нечто вроде купола.

Наткнувшись глазами на особо плотную гору пепла, понимаю, что это и есть все, что осталось от бывшего капитана. Сердце сжимается. Вроде и враг, но и совсем чужим не был.

— Хочешь сказать, что это все устроил ты? — задаю вопрос, все еще не веря словам парня и помня, в каком состоянии он пребывал на тот момент.

— Я сам не в восторге, — сообщает Алан из-за спины. — Только выбора особо не было.

Неожиданно тепло от окружавшей меня энергии пропадает. Тело тут же неприятно обдает прохладой, и оно вытягивается как по струнке, а кожа покрывается пупырышками. Меня даже передергивает в судороге от такого резкого контраста температур.

— Можешь оставить? — прошу я, умоляюще глядя на парня. — Тут холодно.

— Сама грейся, ты же пришла в себя. И верни нас в город поскорее, — ворчит он в ответ.

Я вся сжимаюсь, поднимаю плечи и опускаю подбородок. Собираю свои ладошки одну в другой, пряча пальцы внутрь, и подношу их к лицу, выдыхая в них горячий воздух. Попутно делаю попытку дотянуться до силы внутри, но феникс, как и ожидалось, не откликается на мой зов.

— Не могу, — нехотя сообщаю ему. — Я еще не восстановилась. Фо меня не слушает.

— Ты сейчас прикалываешься? — не верит мне Алан.

— Если это означает шутить, то нет, я не шучу.

Он хмурится и внимательно изучает меня. А я уже начинаю переминаться ступнями назад-вперед, периодически поджимая пальцы ног. Впервые за долгое время жалею об отсутствии одежды и обуви.

Еще немного помедлив, и явно сомневаясь, Алан все же возвращает окружавший меня поток энергии на место. Я облегченно выдыхаю, вновь ощущая тепло.

— Серьезно не можешь использовать силу? — с сомнением в голосе интересуется он.

— А ты серьезно сжег Бронта? — задаю ему встречный вопрос. — Это точно был ты, а не Фо?

— Мне кажется, ты издеваешься надо мной, — парень настроен совсем не дружелюбно. — Какой мне смысл врать? Это не то, чем стоило бы хвастаться.

— Меня просто удивляет, что ты не трясешься от ужаса, как при виде обезглавленной литарды, и не проклинаешь все на свете, испытывая муки совести, — делюсь я своими соображениями.

— А это как-то поможет мне попасть домой? — Алан смотрит на меня так, словно несу полную чушь.

— Я вообще-то за тебя переживаю! — обиженно повышаю на него голос.

Надуваю щеки и показательно отворачиваюсь. Меня действительно оскорбляет такая реакция.

— Я так понимаю, создать крылья ты тоже не можешь? — слышится из-за спины. Похоже, извиняться он не планирует.

— Правильно понимаешь, — огрызаюсь я.

— Вот же гадство… — слышится позади раздосадованный голос парня, а затем и какой-то треск.

Поворачиваюсь посмотреть, что произошло. Алан снова сидит на земле, согнув ноги в коленях и подтянув их ближе к груди. В руках он крутит толстую сухую ветку, которая с хрустом ломается посередине, хотя он не прилагает для этого никаких физических усилий.

— Почему ты так зол? — интересуюсь я, понимая, что и мне, и ветке досталось не просто так.

Алан поднимает голову и сердито смотрит на меня. Огонь едва заметно переливается в радужках его глаз.

— Может быть, потому что я нахожусь хрен знает где без связи с цивилизацией? — недовольно спрашивает он. — Или потому, что совершил преступление? А может, просто не понимаю, какого черта со мной происходит и почему я здесь? — на одном дыхании выпаливает Алан, с каждым словом набирая громкость и эмоциональность, отчего обломки в его руках опять трещат. Он переводит взгляд на них, отбрасывает деревяшки прочь, затем делает вдох и, глядя куда-то вдаль, уже более спокойно заканчивает:

— Все это мне не нравится.

На какое-то мгновение мне становится очень жаль его. Как тогда, когда попросил помочь с порталом. По сути, я втянула его в неприятности, не спрашивая. Также как и феникс в прошлом сделал свой выбор, не узнав, хочет ли Алан быть его владельцем.

— Извини. Я не думала, что наша вылазка закончится так, — прошу у него прощения, но в душе немного бешусь от того, что делаю это уже во второй раз.

— Сколько времени ты не сможешь использовать силу? — спрашивает парень, продолжая смотреть куда-то вперед.

— Физически я почти в норме, но так как мы в чужом для Фо мире, ему потребуется еще около суток, чтобы восполнить запас энергии до расходного минимума, — разъясняю я положение дел.

— Сутки… Идти пешком до окраины города примерно столько же, если я верно прикидываю расстояние, — вслух размышляет Алан. — Может мне самому попробовать?

— Что попробовать? — уточняю, что он имеет ввиду.

— Создать крылья и полететь. Думаю, сейчас это реально, — говорит парень, разглядывая свои ладони.

Я хмурюсь. Подхожу и опускаюсь на колени напротив него. Обхватив лицо Алана ладонями, поднимаю его голову и заглядываю в недоумевающие глаза. Пламя гипнотизирующие танцует внутри, но это лишь эмоции, с которыми он не может совладать. Той самой искры, что означает единение с фениксом, в них по-прежнему нет.

— У тебя не выйдет, — заключаю я и опускаю руки, опережая его попытку освободиться.

— Почему?

— Я вижу изменения в твоей энергии, но ты все еще не принимаешь ее. Крылья — не просто огонь, это как душа феникса. Нужно доверие, чтобы обнажить перед кем-то душу.

— Тогда почему у меня такое ощущение, словно меня провели по рейд-боссам и прокачали несколько уровней за раз? — спрашивает Алан.

— Чего? — не понимаю я.

— Неважно, — вздыхает он и поднимается. — Можешь определить в какой стороне город?

Встаю, отряхиваю колени от земли и смотрю по сторонам. По звездам мне было бы проще, придется хорошенько напрячь свою память. Я оцениваю положение солнца, прикидывая какая сейчас часть дня, и осматриваю растительность, определяя направление ее роста.

— Если правильно помню, то в той стороне, — указываю на выжженный участок леса, — будет железная дорога. Как раз вдоль нее, я и шла несколько дней назад. Город должен быть левее, но не могу сказать точно.

Алан задумчиво смотрит в указанную мной сторону.

— Только я обнаружила поезд гораздо ближе к городу, поэтому не уверена, что упремся в нее, если пойдем в этом направлении, — уточняю я на всякий случай.

— Ладно, пошли, — командует парень и начинает шагать сквозь пепелище. — Надеюсь, пути не сворачивают.

— Подожди, стой, — спешу вслед за ним.

— Что еще? — разворачивается ко мне парень, останавливаясь.

— Надо найти меч, нельзя оставлять его здесь. Это слишком мощное оружие.

— Я сломал его, — равнодушно сообщает Алан.

— Как это сломал? Ты шутишь? — недоумеваю я.

Видя мои сомнения, он делает несколько шагов в сторону, наклоняется и копошится в укрытой пеплом земле. Потом выпрямляется и, произнеся: «Вот, смотри,» — показывает мне несколько кусочков металла.

Брови сами собой лезут на лоб, когда я признаю в обломках свое творение. Немедленно подбегаю к парню и забираю осколки. Сомнений не остается, это точно он. Энергия моего феникса все еще вплетена в частички его материи.

— Как ты это сделал? — спрашиваю я, поднимая глаза в изумлении.

— Не уверен, что смогу объяснить, — пожимает плечами Алан. — Само собой вышло.

— Ты пугаешь меня, — честно признаюсь ему, а заодно и себе. — Может ты только прикидываешься неумехой?

— До вчерашнего дня я так не мог и надеялся получить от тебя какие-нибудь объяснения.

Я еще раз осматриваю выжженную землю вокруг, останавливаюсь на «останках» Бронта и снова возвращаюсь к осколкам. Фо говорил, что не может разрушить меч. Почти весь свой внутренний ресурс я потратила на создание оружия, для разрушения мне попросту не хватало сил.

Выходит, все это правда сделал Алан.

— Слишком невероятно, чтобы проверить, — озвучиваю я свои мысли. — Ты должен обладать очень хорошей связью с фениксом, чтобы влиять на материю мира. Но раз сам не знаешь, что сделал, предполагаю, все еще не слышишь ее.

— Не слышу, — подтверждает парень.

— Расскажи мне все, что случилось, за время моего сна, — прошу я.

— Давай по пути поговорим, — предлагает он, — не хочу проторчать в лесу лишние сутки.

Сначала я соглашаюсь, но когда Алан начинает идти в указанном мной направлении, опять торможу его:

— Подожди, портал все еще открыт.

— Ну уж нет! Я не попрусь искать его сейчас, — тут же отзывается он и намеренно ускоряет шаг. Выбрасываю бесполезные теперь осколки и тороплюсь за парнем. Мне приходится побежать, чтобы нагнать его.

— Но мы же за этим и пришли сюда, — пытаюсь переубедить своего спутника, поравнявшись.

— Пока ты без сил, соваться туда как минимум неразумно. Достаточно уже одного психа с монстрами. Кто знает, что еще оттуда вылезет, — остается непреклонным Алан. — Кстати, — он немного сбавляет шаг и замолкает.

— А? — вопросительно смотрю на него, продолжая семенить рядом. Даже с такой скоростью на каждый его шаг, мне приходится делать по два.

— Ты правда убила свою мать? — неуверенно спрашивает он, украдкой поглядывая на меня.

Останавливаюсь.

— Неправда, — отвечаю ему после некоторой паузы.

Вопрос Алана заставляет меня вспомнить о несправедливости жизни и почувствовать себя бессильной перед ней. Мне становится так больно, словно все случилось только вчера. И эта боль сжимает все у меня внутри, перехватывая дыхание.

— Можешь не верить, — проговариваю я, с трудом давя подступивший к горлу ком, — но я бы никогда… я… не смогла бы… Она… сама…

Слезы предательски застилают глаза и катятся по щекам. Я быстро смахиваю их и отворачиваюсь, пряча лицо от приближающегося парня.

— Прости, — раздается сверху его виноватый голос, — Успокойся. Я тебе верю.

Но от его слов становится только хуже. Я всхлипываю и продолжаю вытирать переполненные слезами глаза. А Алан, больше ничего не говоря, робко притягивает меня к себе и успокаивающе проводит рукой по волосам.

Несколько минут мы так и стоим: он молча утешает меня, а я реву, не в силах взять себя в руки. Наконец, у меня получается справиться с внезапно нахлынувшей рекой слез, и я осторожно отстраняюсь от парня.

— Успокоилась? — спрашивает он, отпуская и позволяя мне отступить.

Неловко киваю, не смея смотреть на него. Мне жутко неудобно и очень стыдно, оттого что так бурно отреагировала и внезапно разревелась. Наверное, теперь считает меня странной. Когда же все-таки решаюсь поднять глаза, Алан сам отворачивается.

— Пошли, — зовет он, возобновляя шаг.

И я послушно плетусь за ним следом.

© Mari Kononova,
книга «Сломанный мир».
Глава 4. Я знаю тебя. Часть 2
Комментарии