Пролог
1. Маленькая дура.
2. Подожди, ребёнок.
3. До встречи, принцесса.
4. Я стал первым.
5. Не злись на меня за всё дерьмо, что я сделал тебе.
6. Я буду оберегать тебя, пока ты сама не захочешь большего.
7. Теперь этот маленький цветочек мой.
8. Может, мне тобою ещё поделиться с друзьями, Полин?!
9. Что для тебя дороже, какие-то вшивые бабки или эта куколка?
ГЛАВА 10
11. Её психика не настроена на взрослые отношения, пойми!
12. Мне нужно, чтобы ты была счастлива со мной.
13. Я бы не делал ей больно.
ГЛАВА 14
ГЛАВА 15
16. Почему весь мир сосредоточился на этой маленькой девочке?
17. Дай мне, пожалуйста, шанс всё исправить.
18. Только узнаю, что кто-то пристаёт к ней, и силой возьму её.
19. Я сделаю тебя ещё более немощной.
20. Сейчас мы оформим моё право собственности на тебя.
21. Теперь ты понимаешь, чья ты?
22. Я сделаю так, что ты даже ходить под себя будешь.
23. Ты появилась на свет, чтобы быть под моим контролем.
24. Что ты с ней сделал, дебил ревнивый?
25. Я один виноват.
26. Ты станешь навсегда моей.
27. Я стану тем мужчиной, которого ты полюбила.
28. На ней моё клеймо.
29. Теперь тебя у меня никто не заберёт.
30. Вот, что называется бл*дской несправедливостью.
31. За что ты так со мной?
32. Самая моя страшная и необратимая зависимость.
33. Вот и всё, моя сладкая.
34. Ты ведь не дашь ему ничего сделать со мной?
35. Я передумал.
36. Ты бы была со мной без всего этого?
Эпилог
АРТ
11. Её психика не настроена на взрослые отношения, пойми!
Её взгляд будто сошёлся с моим в поединке. Аргументы закончились как у меня, так и у неё. Моральные нормы для нас давно уже перестали существовать.

— Молодой человек, я вам в десятый раз повторяю и буду повторять, что до её восемнадцати лет я не имею никакого права выселять её из приюта без наличия документа о том, что её прописывают в другом месте. По наступлению восемнадцати лет, если у неё будет желание, пожалуйста. А сейчас, поймите же вы наконец, это невозможно.

Её позиция решает мою жизнь. Для неё это всего лишь принцип. Ведь ей наплевать, где Полин проведёт оставшееся время до наступления восемнадцати лет.

— Ей скоро исполняется семнадцать лет, Лоес, вы сами прекрасно понимаете, что нет никакой разницы, где она будет жить этот год. Так что вам нужно? Какие документы? Я всё предоставлю. Деньги? Назовите сумму и она будет лежать у вас на столе сегодня же.

— Нет, это как раз-таки вы не понимаете, что сейчас, как абсолютная сирота, она числится в этом приюте, в котором я являюсь руководителем. И не дай Господь, с ней случится что-то плохое за этими стенами, отвечать потом буду я. Когда ей исполнится восемнадцать лет, вот тогда и приходите. Если вообще о ней, конечно, не забудите. Она заполнит анкету, что выселяется по собственному желанию. А пока я вам помочь ничем не могу, уж извините, но подставлять себя из-за ваших плотских утех... Зачем мне это нужно?

Лоес распустила свои белые волосы, которые были завязаны в хвост. Заострённый нос и ярко выраженные скулы придавали ей ещё больше серьёзности. На вид ей лет тридцать пять, точно не больше. Всё в ней было строгим, хоть и была она довольно молода для профессии руководителя. Хотя, кто бы говорит, ведь я совсем не тот человек, кто должен судить об этом. Сама по себе Лоес была высокой, плюс пару сантиметров ей накидывали каблуки. Настоящий танк.

Женщина стояла передо мной в чёрном костюме, опираясь ладонями о стол, как будто готовясь вновь и вновь мне отказывать.

— Лоес, честно говоря, я не понимаю, почему вы вообще работаете с бездомными детишками, но, прошу, поймите меня по-человечески...

— Почему? — она сорвалась чуть ли не на крик, не дав мне договорить. — Да, я не блещу добротой по отношению к ним, но я и не претендую на то, чтобы казаться такой. Я работаю с детьми, потому что хочу здесь работать. Вы не понимаете, что для меня значит моя работа, эти дети.

— Я понимаю, Лоес.

— Да ни черта вы не понимаете! И не имеете представления даже, что твориться в душе, когда невероятно хочешь детей, а не можешь их иметь, — выплескнула она на одном дыхании и упала в кресло, после чего в спешке закрыла лицо руками.

— Дети — это дар Божий, который дан не каждому, — тихо прохрипела она. — Мы с мужем уже второй год пытаемся, но ничего. Совсем ничего не выходит. И эти дети — это единственные, о ком я могу заботиться сейчас.

Я подошёл к ней сзади и повернулся лицом к окну, которое выходило на задний двор. Там так же, как и на входе в здание, стояли скамьи. Сейчас некоторые из них были заняты маленькими детьми.

— Мне очень жаль, Лоес. Извините, что, может быть, лезу в вашу личную жизнь, но, работая в этом месте, вы никогда не задумывались о том, чтобы усыновить или удочерить ребёнка?

— Думала... Да, я думала, конечно, только мой муж хочет своих детей. Думаю, он не одобрит эту идею, — угнетённо, еле-еле проговорила Лоес.

— Вы знаете это наверняка? Неужели прожить всю жизнь без ребёнка лучше, чем взять чужого? — я задал вопрос, который не требует ответа, но вскоре он всё же прозвучал.

— Конечно не лучше. Но я даже не знаю...

— Лично я уверен, что вам стоит поговорить с вашим мужем по этому поводу. Будь я на его месте, я бы цеплялся за любую возможность иметь ребёнка.

— Вы бы согласились забрать к себе чужого ребёнка?

— Да, если бы ситуация того требовала. Родители сами делают детей своими.

Я молча продолжил смотреть в окно. Пауза заметно затянулась. Мне стало немного жаль эту женщину, совсем немного.

— Зачем вы хотите забрать Полин отсюда? — внезапно спросила Лоес. Сейчас её голос звучал более мирно, с отсылками на хоть какое-либо понимание.

— Я не собираюсь делать с ней ничего плохого.

— И вам так срочно нужно забрать её к себе? Для чего? — не понимая меня, спросила Лоес.

— Просто я люблю её. И она нужна мне.

Опять молчание и опять неудобства. Я уже не знал, чего ожидать от этой женщины.

— Пусть Полин зайдёт ко мне сегодня, и я подпишу заявление, — проговорила она, вставая с кресла. — Но вы каждую неделю или две должны будете приезжать сюда с ней, вам понятно?

— До её совершеннолетия?

— До того момента, пока я не буду полностью спокойна за неё. И оставьте мне контактный номер телефона, по которому я всегда смогу с ней связаться.

Поцеловав ей руку, в знак огромнейшей благодарности, я удалился из её кабинета. Потраченные нервы стоят того, чтобы не потерять Полин. Мою Полин.

Через четверть часа я как всегда стоял у школы, и почти как всегда с цветами.

Много людей вышло, пока я ждал Полин. И я совсем не заметил, как ко мне подошла Хелин. Я всегда рад её видеть, но только не сейчас, только не в этот момент.

— Стаас, что ты здесь делаешь? — крайне удивлённо спросила Хелин. — С цветами.

— Я просто жду кое-кого... На самом деле это неважно. Я бы не хотел говорить об этом сейчас здесь.

Хелин замолкла и лукаво улыбнулась. Если бы она знала, кому предназначены эти цветы, думаю, она бы не обрадовалась.

Всё оборвалось, когда я увидел Полин. Как же ты не вовремя, цветочек. Мне так хотелось представить, что это не она, но только у неё был такой светло-желтый воздушный сарафан, только её улыбка может согреть меня на таком расстоянии.

Вот же чёрт.

Она подбежала ко мне, сразу заметив, что рядом со мной стоит Хелин.

— Полин, что-то случилось? — ничего не поняв, проговорила Хелин. — Ты хорошо себя чувствуешь? Тебя никто не обидел?

— Нет, всё хорошо, правда, — светясь от счастья, заявила Полин.

— Ты меня ждёшь? — опять спросила Хелин.

— Нет, — отрезала Полин и тогда уже Хелин взглянула на меня.

— Стаас, если это то, о чём я думаю...

— Хелин, вы не так думаете, — вставил я. — Всё совсем не так.

— Стаас, как ты вообще мог до этого додуматься? Что ты с ней сделал? — если бы вокруг не было людей, Хелин бы кричала во всё горло, но из-за толпы она себя сдерживала, хоть на этом спасибо. — Полин, что он с тобой сделал? Что пообещал? Скажи, он тебя принуждал к физической связи?

— Боже мой, Хелин, что вы говорите? Я ни к чему её не принуждал.

Я отдал цветы в руки Полин. Жаль, что это произошло совсем не так, как я планировал. И попросил её посидеть в машине.

— Хелин, прошу вас, успокойтесь, — уверено, даже чуть грубо произнёс я.

— Она ещё ребёнок, Стаас. Ты хочешь совратить ребёнка? — она серьёзно показывала своё недовольство.

— Я не собираюсь совращать этого ребёнка. И ей почти семнадцать лет.

— Это не имеет значения, Стаас! Ты с ней поиграешься и бросишь. Что с ней потом будет? Её психика не настроена на взрослые отношения, пойми!

— Значит я дам ей детские отношения. Хелин, вы немного на нервах и не понимаете, что говорите. Вы не знаете моих чувств к ней. Поверьте мне на слово, ею я не поиграюсь.

— Она и так многое потеряла в жизни. Она не сможет справиться с твоим обманом.

— Хелин, вы сами говорили мне, как жизнь коротка и насколько сильно человека съедает одиночество, — начал говорить я. — Вы сами буквально кинули в лапы волка овечку и крикнули «фас», когда оставили нас наедине в тот день.

И после моих слов Хелин наконец успокоилась, прекратила нервничать и кричать. А я просто рассказал ей, что для меня значит Полин. Не думаю, что она отстанет от меня после этого, но ей стало легче.

Мы поехали с Полин в приют, чтобы собрать её вещи и написать заявление. Через два часа мы уже были дома. У нас дома.

— Ну, вот мы и дома.

Я поставил её чемодан посреди комнаты и подошёл к ней. Её любимый пёс уподобился мне и облизал ей ладонь. Он очень любил её. Её невозможно не любить.

— Стаас, я хотела тебе сказать... — прошептала Полин, спрятав обе руки за спиной.

— Говори. Я слушаю.

— Я очень хотела к тебе переехать. А сейчас...

— А что сейчас? — перебил её я.

— Мне сейчас страшно жить с тобой.

— У тебя есть причина бояться жить со мной?

— Я боюсь, что когда-то ты перестанешь хотеть жить со мной.

Её глаза опустились в пол.

— Не говори так. Ты очень нужна мне.

Мои руки блуждали по её маленькой талии. Голова потеряла сознание того, что происходит сейчас.

— Маленький-маленький ребёнок.

— Ты хочешь других отношений? Взрослых? Просто у меня никогда не было... — Полин говорила и говорила, не прекращая ни на секунду.

— Я догадываюсь, чего у тебя никогда не было.

— И ты не рад этому?

Как же я могу быть не рад тому, что буду у своей красавицы первым. Я и мечтать об этом не смел.

Только я хотел открыть рот, как мой телефон завибрировал.

— Извини, я на секунду.

Я вышел из комнаты, чтобы только просмотреть сообщение, которое мне прислал Адриаан.

«Привет, приятель. У тебя осталось пять дней на раздумья, помнишь? Кстати, а твоё сокровище знает, что у тебя эдакий фетиш на школьниц и она у тебя не единственная такая? Ты ей уже рассказал, как катался на машине с её шлюховатой одноклассницей?»

Снизу была прикреплена фотография, на которой были мы с Ксандрой, флиртующие у моей машины.

— Чёрт. Чёрт. Чёрт, мать твою!

© Лиза Громова,
книга «Смертельно влюблён».
12. Мне нужно, чтобы ты была счастлива со мной.
Комментарии
Упорядочить
  • По популярности
  • Сначала новые
  • По порядку
Показать все комментарии (1)
박소연
11. Её психика не настроена на взрослые отношения, пойми!
Если честно мне как-то по боку на Стаса и я за Адриана=з
Ответить
2018-06-29 07:42:02
Нравится