Часть первая. Глава 1. Бар
Глава 2. Взрыв
Глава 3. Замок
Глава 4. Гости
Глава 5. Разговор при луне
Глава 6. Дух противоречия
Глава 7. Истерика
Глава 8. Море Истока
Глава 9. Странное свечение
Глава 10. Старая знакомая
Часть II. Глава 11. В гостях у Ллэра
Глава 12. Вирус
Глава 13. Луна доа
Глава 14. Тени
Глава 15. Рецепт
Глава 16. В замке
Глава 17. Уговор
Глава 18. Покажи
Глава 19. Исцеление и смерть
Глава 20. Самый древний атради
Глава 21. Пещера
Часть III. Глава 22. Бал
Глава 23. Доани
Глава 24. Сила ревности
Глава 25. Голос
Глава 26. Ловушка
Глава 27. И снова Тени
Глава 28. Правда
Глава 29. Новый Замок
Глава 30. План Таль
Глава 31. Выбор
Глава 32. Снова вместе
Глава 33. Нэшта
Глава 34. Прощание
Глава 35. Конец и начало
Эпилог
Глава 21. Пещера

Грохот в ушах то приближался, то отдалялся. Затихал, превращался в звон, в писк, в жужжание и снова в грохот. Когда-то с ней такое уже случалось. Давно. Так ведь? Тогда Роми думала, что играет в нормальную жизнь, а на деле оказалась втянута в попытку переворота. В интриги, которые привели к чужой войне. Сначала было интересно, потом кто-то пытался её убить. Когда бомба разворотила задний двор, в ушах играл такой же оркестр. Находись на её месте обычный человек — хоронить было бы нечего.

Во что она играет сейчас?

Мысли привычно разбегались. Вспомнить, что произошло мгновение назад, получилось далеко не сразу. Но как только всё вернулось, Роми села. Слишком резко. Застонала, схватилась за голову, зажмурилась. Сплюнула набившийся в рот песок.

— Что за хреновая тенденция, — послышался раздражённый голос Адана.

Роми попыталась найти его взглядом, зябко поёжилась. Надо же, никогда ещё в Тмиоре она не испытывала холода, даже не сразу узнала ощущение.

— Ты где?

— Здесь.

Наконец она увидела его — Адан стоял в нескольких шагах. Изрядно потрёпанный, будто пролетел через кусты. Впрочем, так оно и случилось. Прямо за его спиной колыхались ветки грат-лари, колючего кустарника, которого пруд пруди в Тмиоре.

— Какого чёрта это было? — послышался издалека злой голос Ллэра.

— О, жив! — цинично воскликнул Адан. — Кто бы сомневался. Что вам сделается, бессмертные вы мои. А я, между прочим, очень даже смертный, — он протянул Роми руку, помогая подняться. — Не забывай об этом в следующий раз, когда решишь таким оригинальным способом избавляться от трупов.

— Я не избавлялась… — она всё ещё плохо соображала.

— Ага! — хмыкнул Ллэр. — Только разнесла в щепки последнее пристанище Самара с ним вместе.

Он тоже выглядел не лучшим образом. Что бы ни случилось, размах взрыва был неслабый.

Роми посмотрела на свои ладони, пошатнулась. Наверное, упала бы, если бы Адан не подхватил за плечи.

— Что с тобой?

— Не… не знаю, — она отозвалась почти шёпотом. — Не понимаю.

Её знобило, но Роми гнала это ощущение, потому что так тоже не могло быть. Не тогда, когда в затылок впивались колючие солнечные лучи.

— Что значит «я разнесла домик»? — она посмотрела на Ллэра.

— То и значит. Пуф! Красиво, эффектно. Бестолково и самоубийственно.

— Это не я.

— Последнее прости-прощай от Миры, — угрюмо ответил Адан, изучая порезы на предплечье. — Зачем ты лапала труп?

Роми бросила на него выразительный взгляд. Едва сдержалась, чтобы не огрызнуться. Действительно зачем? Она же каждый день имеет дело со смертью атради, который должен был жить вечно, да ещё находился в самом безопасном во всех Вселенных месте!

— У меня проблемы с признанием. Думала, если прикоснусь, поверю.

— Значит, всё взлетело на воздух, когда ты дотронулась до Самара? — уточнил Ллэр.

— Именно, — подтвердил Адан. — И если это не Роми создала такой интересный эффект, нам стоит задуматься, кто и каким образом. Что вообще это было. Или ещё лучше — убраться отсюда подальше. Но это не наш путь, так?

— Так, — ухмыльнулся Ллэр. — Здесь по-прежнему последнее место, где находилась Мира. И я по-прежнему хочу её найти. Пусть даже… — он мотнул головой. Сменил тему. — Снаружи это был такой чистый взрыв. Не знаю, как иначе описать. Никакого всплеска знакомой мне энергии. Просто пф-ф-ф во все стороны.

— Что же тогда запустило мной в колючки?

Ллэр развёл руками.

— Что-то, с чем мы не имели раньше дела. Вернёмся и осмотрим?

Адан обречённо вздохнул. Посмотрел на Роми, сухо, по-деловому поинтересовался:

— Дойдёшь?

— Дойду, — хмуро отозвалась она. Ощущение холода никуда не делось, но Роми уже привыкла к нему. — Дойду, конечно.

Чтобы доказать это, первой направилась в ту сторону, откуда недавно явился Ллэр. Через несколько шагов он её обогнал. Адан шёл последним. Пролетели они не так уж мало. Как только он спину не повредил, ломая кусты? На свой счёт Роми не переживала. Резанула мысль: что, если они, атради, не бессмертные, а покойники, которые никак не рассыплются в пух и прах? Как Самар.

— Я схожу с ума, — прошептала она. Кажется, её никто не услышал.

Домик действительно разлетелся на щепки. Что бы ни выращивал вокруг него самый древний атради, теперь землю укрывала деревянная труха. Зрелище было бы даже красивым, если бы не чёрные Тени, появившиеся там, где недавно находилась спальня Самара.

— Да какого же… — Ллэр замер впереди Роми.

— Вернулись, осмотрели, мы молодцы. Сейчас в нашу честь начнутся аплодисменты с летальным исходом, — мрачно констатировал сзади Адан. Остановился рядом с ней. — А знаешь, — наклонился, касаясь сухими губами её мочки, и шепнул: — Я жалею, что мы не успели тогда на скале...

Роми невольно улыбнулась. Не оборачиваясь, нашла его руку, сцепила пальцы. Перенестись не пыталась: знала — не получится. Даже выходы в Надпространство закрылись. Такого тоже никогда не случалось в Тмиоре.

Тени не двигались и выглядели плотнее, чем в Эннере — не прозрачными, а наоборот, литыми, как ониксовые статуи.

— Мы не задыхаемся. Странно, правда? — проговорил Ллэр.

Адан крепче сжал ладонь Роми.

— Сделаем вид, что мы их не заметили, и уйдём, не прощаясь? Или всё-таки поздороваемся, как думаешь?

— Думаю, они и есть главная причина, почему Мира оказалась здесь, — процедил сквозь зубы Ллэр, опережая Роми. — Они могли прикончить Самара, как чуть не прикончили нас. И, возможно, его смерть им тяжело далась.

— Это как-то объясняет, почему мы продолжаем стоять и пялиться на них, как идиоты? — тихо спросил Адан.

Ллэр шевельнул головой, будто хотел обернуться, но передумал. Шагнул вперёд. Что он мог сделать? Кем или чем бы ни были существа на поляне — столкновений с ними хватило, чтобы уяснить — атради противопоставить им нечего. Но ведь в самый первый раз Роми удалось сместиться в Надпространство, удалось собрать столько энергии, сколько мог дать окружающий мир. Она чувствовала тогда огромную силу, пусть даже следом пришло опустошение.

Может быть, дело в страхе? Что если он — помеха? А если поверить, пробьёшься.

Не получалось. Тени, даже неподвижные, действовали на неё гипнотически, лишая не только физических сил, но и душевных.

— Эль, может не на... — она не договорила, да и не знала, что собиралась сказать. Остановить его? Он бы не послушал.

Дохнуло холодом, гораздо ощутимее, чем до этого. Тени стали ближе. Будто чуть расступились. До Роми не сразу дошло, что те стояли, образовывая круг.

Загудел лес. Вздрогнула земля. От чёрных, вновь застывших Теней по траве побежал иней. Волнами. Средь бела дня в Тмиоре. Под палящим красным солнцем.

— Только пугают, — Ллэр замедлил шаг. У него под ногами заскрипела самая настоящая крошка льда.

— Умело пугают. Я бы сказал, наглядно. Ощутимо, — Адан поравнялся с ним. — Что дальше? Спросим, куда они дели Миру, пока нас не заморозили?

Чувствуя себя какой-то совершенно бесполезной и неуместной, Роми пошла за ними.

— Спросим, — Ллэр сунул руку в карман, достал оттуда наручник тайко и протянул Адану. — Держи. Ты его закоротил. Может, получится починить.

Роми непроизвольно дотронулась до своего браслета, всё ещё обхватывающего запястье. Обогнала Ллэра, заставила остановиться.

— Ты, что, моей…

— Нет, — он не дал договорить. — Твоей смерти я не хочу. Мы сейчас будем это выяснять?

Адан молча вклинился между ними, забирая браслет. Покрутил, словно сомневаясь. Затем всё-таки послушно нацепил на левую руку. Несколько секунд пристально смотрел на Тени, а те с пугающим равнодушием продолжали толпиться по кругу.

— Допустим, у нас получится их… с ними… Есть гарантии, что это поможет найти Миру? Что не сделаем хуже?

— Вот и узнаем, — ухмыльнулся Ллэр.

Адан нахмурился.

— Меня смущает, что они бездействуют. В прошлый раз были менее сговорчивыми. А теперь как будто им до нас никакого дела. Если у этих тварей вообще есть дела.

Словно в подтверждение его слов Тени зашевелись, мгновенно сменив позиции — теперь вместо мрачного хоровода они выстроились в какую-то замысловатую фигуру. — Похоже на знак. Или букву, — сказала Роми.

— Жаль, мы не умеем летать, как Мира, — хмыкнул Ллэр. — Взглянули бы сверху.

В этот момент самая дальняя от них Тень задрожала. В пугающей тишине, когда даже шелест листьев больше не слышался, она пошла переливами: чёрный сменялся тёмно-серым, потом — светлым, потом ярким, почти электрическим, белым и снова в чёрный. А потом рассыпалась прямо в воздухе, превращаясь в оседающий пепел.

Роми вздрогнула, будто услышала хлопок, которого не было. Почувствовала жжение на запястье, скосила на него глаза — браслет раскалялся, на гладкой поверхности проступали красные символы. Так уже бывало — попадая в водоворот энергетической бури, артефакт предупреждал об опасном уровне. Второй браслет наливался зелёным. Как тогда, на поле.

— Адан, наручник, — шепнула ему Роми.

Он кивнул. Ещё одна Тень подёрнулась рябью. За ней — следующая.

В том, как зловещие фигуры превращались в ничто, виделась какая-то закономерность. Последовательность, что ли. С каждым следующим исчезновением браслеты разгорались ярче, воздух менял температуру — мгновенно и ощутимо. Каждый раз — на разное количество градусов. Если бы чередование тепла и холода было музыкой, звук получился бы очень мелодичным.

— Это мы делаем? — едва слышно спросил Адан, когда ещё несколько Теней, одна за другой, превратились в кучку золы.

— Ни хрена мы не делаем, — пробормотал Ллэр. — Вот теперь точно надо убираться. Вы чувствуете… — он не закончил, словно не знал, как правильно сформулировать вопрос.

— Температура воздуха? — спросила Роми.

— Нет. Не настолько просто. Ни фига вы не чувствуете. Ты же одна из истинных, — Ллэр бросил короткий взгляд на Адана. — А ты — доа. Надо валить, потому что… — он замолчал.

Две оставшиеся Тени замерцали одновременно, и тогда открылись выходы в Надпространство, окрасившись радугой. А там, где брешь реальности превращалась в портал, появился тонкий, прозрачный силуэт, искрящийся сиреневым светом.

— Мира! — Ллэр сорвался с места.

Роми бросилась за ним, как и Адан.

Тени дёрнулись в последний раз, замерли на мгновение мрачными лоскутами и рассыпались. А Мира бестелесным призраком плавно опустилась на покрытую льдом землю ровно в центре исчезнувшего хоровода.

Когда они подбежали, её хрупкая фигурка вновь обрела плотность, но выглядела трупом. Пусть и живым — с технической точки зрения жизненной энергии в Мире было предостаточно. Неестественная поза, бледность, синяки под глазами, стеклянный, невидящий взгляд, запёкшаяся на губах кровь только усугубляли впечатление.

Ллэр выругался, плюхнулся на траву рядом. Казалось, он напрочь забыл, что мгновение назад здесь происходило, или что ему плевать на осторожность: протянул руку, отдёрнул.

— Ах, ты ж… Вот какого?! Мира! — позвал он, вряд ли рассчитывая на ответ, и всё-таки прикоснулся к щеке. — Мира?..

Она пошевелилась, веки дёрнулись, бессмысленный взгляд сфокусировался на склонившемся над ней Ллэре. Посиневшие губы тронула слабая улыбка:

— Прости, — едва слышно прошептала Мира. Потом, видимо, что-то вспомнила, испуганно вжалась в траву. В глазах мелькнул ужас. — Тени…

— Забудь. Их больше нет, — Ллэр двумя ладонями сжал её лицо. — Что же ты опять учудила?..

Роми почувствовала лёгкий укол в висок, машинально подключаясь к его попытке проникнуть в разум Миры и понять, что надо делать. Не вышло.

Тогда Адан тоже опустился на траву, дотронулся до лба Миры.

— Это Тени со скалы. Они не погибли. Мира их впитала, перенесла сюда. Они вынудили… Не знаю, как правильно. Спровоцировали переход к Самару. А потом вышли из неё здесь. Так? — он встретился глазами с Мирой. Она слабо кивнула. Попыталась приподняться, но закашлялась. Адан пересел, заботливо положил её голову на свои колени. Испуганно посмотрел на Ллэра. — Она умирает, я чувствую. Надо что-то…

Ллэр привстал. Никого ни о чём не спрашивая, ничего не объясняя, подхватил Миру на руки, выпрямился. Она тихо застонала.

— Держись, котёнок.

И в следующую секунду они исчезли.

— Надеюсь, он понимает, что делает, — Адан поднялся. Несколько секунд сосредоточенно изучал поляну. Затем протянул руку Роми: — Ты как?

— В порядке, — она послушно вложила свою ладонь в его.

В ту же секунду поляна вздрогнула. Будто они находились на широком, круглом блюде, которое кто-то невидимый приподнял и беззаботно швырнул обратно.

Возможно, оба впитали чересчур много энергии за минуты светопреставления. Возможно, что-то с пространством сделали Тени, или продолжало делать то, что от них осталось. Возможно, если бы Адан протянул ей другую руку, ничего бы не произошло.

Миг, и пыль, опилки, иней, чёрное конфетти — всё подпрыгнуло, взвилось над землёй, слилось, смешалось, преображаясь.

Миг, и Адан с Роми оказались в самом центре мощного, гудящего непонятного водоворота, который лишь чудом не сбивал их с ног.

Миг, и браслеты, как магниты, потянуло друг к другу.

Роми не успела ничего сказать или крикнуть. Не успела перенестись, хотя чувствовала, что выходы по-прежнему открыты, Надпространство доступно, а Тмиор снова такой, как всегда.

Их запястья скрестились, зелёный свет смешался с красным, и вниз ударил фиолетовый луч. Водоворот усилился, и вокруг них теперь бурлила энергия. Неизвестная, колючая, видимая.

А потом — с почвой под ногами что-то произошло. Может быть, она просто исчезла, может, разверзлась. И они полетели вниз.

Дыхание перехватило от удара, перед глазами заплясали разноцветные звёздочки. Когда свистопляска утихомирилась, Роми смогла осознать, что на зубах не скрипит песок, кости целы, обе руки свободны — наручники расцепились, будто выполнив своё назначение.

Она приподнялась на локтях, рядом приходил в себя Адан. Вроде бы целый и невредимый, по крайней мере, крови видно не было.

Они лежали на гладком, как мрамор, полу. Чистом, отполированном, блестяще-белом, никакой грязи, пыли, опилок. Словно не сквозь дыру на поляне сюда попали, а через обычный портал. В огромном круглой и абсолютно пустой пещере было светло. Неуместно светло, учитывая предположительные метры почвы над головой. Густой, разноцветный, немного рассеянный свет падал с высокого потолка, рисуя причудливые узоры. Синий, желтый, оранжевый, красный, зелёный. Яркие краски переплетались в медленном танце, на миг замирая и снова начиная вращение. Сначала Роми даже подумала, что это кружится голова и падение не прошло даром. Потом поняла — что рисунок действительно движется, переходит с пола на стены, меняется и создает иллюзию ещё большего пространства, чем есть на самом деле.

— Завораживает, — проговорила она.

— Аттракцион века. К чёрту всё!

Что-то негромко звякнуло. Роми обернулась — Адана в пещере не было. Дужка наручника одиноко валялась на полу, переливалась, как и всё вокруг, но символы, что сияли на нём раньше, исчезли. Он снова выглядел мёртвым.

— Адан?! — её голос эхом отразился от стен, оттолкнулся от потолка, заблудился, затих. Роми подхватила с пола наручник. Металл показался необычно холодным. Вскочила, встревожено покрутила головой. — Адан!

Тишина. Она уже знала, что находится здесь одна, но всё равно позвала и в третий раз. А потом попробовала настроиться, готовая к тому, что ничего не выйдет, и с удивлением почувствовала сразу, где находится Адан: вернулся в Бэар.

— Это твой способ сказать, что с тебя хватит?.. — пробормотала Роми в пустоту. — Наверное, ты прав.

Она во многом могла его понять, и всё-таки стало грустно. Трудно было признавать, что немного завидует Адану. Ей тоже хотелось покончить со всем, но побег к привычной жизни в её случае ничего не решит, потому что ей некуда возвращаться. Потому что бессмертные умирают, и это и есть её новая жизнь. У Адана по-прежнему было, во что вписать обретённые способности. А её мир встал с ног на голову, и она сама пока не знала, что с этим делать.

Уйти? Надпространство заманчиво раскрывало свои объятья. Пути были доступны. Тонкая грань, отделяющая любой мир от Плеши, легко нащупывалась. Роми находилась по-прежнему в Тмиоре, в любой момент могла последовать примеру Адана. Но почему-то осталась. Поднялась на ноги и медленно двинулась по периметру зала.

Издали казалось, что в одном месте стена выпирает, и когда Роми добралась туда, увидела проход и за ним такой же матово-белый, сливающийся со всем вокруг, узкий туннель. Поколебавшись, переступила порог.

Коридор петлял. Не долго, но очень резко. Сворачивал под неожиданным углом, снова и снова, потом уходил вниз, резко поднимался вверх, снова выписывал замысловатые фигуры. Становился то уже, то шире. Как будто тот, кто его проложил, старался обойти стороной что-то в толще породы. Хорошо хоть не было развилок.

Наконец он привел к огромному арочному проходу, из которого бил желтый свет. Сердце забилось сильнее, стало сложно дышать, но не потому что не хватало воздуха — от охватившего волнения. Роми не сразу решилась на последний шаг.

Обрыв. Неширокий выступ — она хоть и поместилась на нём свободно, но едва сдержалась, чтобы не нырнуть обратно в туннель. Вверх, вниз, в стороны тянулась отвесная стена, казалось, до бесконечности.

Гигантское пространство напоминало пещеру, однако ровные, гладкие стены не оставляли сомнений, что их создала отнюдь не природа. Как и сотни, если не тысячи, одинаковых светящихся шаров, которые заполняли её, от пола до потолка. Некоторые неподвижно висели, группами или порознь, другие едва заметно перемещались, третьи двигались гораздо быстрее. Понаблюдав несколько мгновений, Роми убедилась, что столкнуться им не грозит.

У атради не было легенд, мифов, сказок, истории забытых времен. Она нигде и никогда не слышала о подобном месте, и всё равно её преследовало узнавание. Во всём виделась система. Принцип. Объяснение, почему одни шары находятся там, а другие где-то ещё. Почему одни кажутся застывшими, а другие — мерцают, то вспыхивая ярче, то наоборот, почти гаснут, и снова начинают сиять.

Роми вновь пожалела, что рядом нет Адана и что она — не Мира, умеющая летать. Тогда она могла бы плавно опуститься на дно пещеры, очутиться среди шаров, может быть, прикоснуться к ним: до самого ближнего не меньше нескольких метров над пропастью. Дотянуться с уступа не выйдет никак.

Она всё-таки вскинула руку, не надеясь, что получится. Один из шаров послушно поплыл к ней. Замер в миллиметре от ладони, изменил цвет, став похожим на язычок огня, заключенный в тонкое стекло. В последний момент Роми испугалась. По-настоящему, будто почувствовала угрозу. Но было поздно, пальцы уже легли на ледяное стекло.

В глаза ударил фиолетовый свет. Ослепил, чтобы тут же отступить. Полумрак ватной тишиной сдавил виски. Роми показалось, что она перенеслась куда-то, или вселилась в кого-то. Видит чужими глазами. Помнит то, свидетелем чего никогда не была.

Так уже было, когда она делилась памятью с Мирой. Так, но иначе.

…Прохлада глиняных стен не спасает от жара среднего слоя. Вся планета — огромный огненный океан, лава, запертая внутри каменных глыб. Фахтэ. Планета — смертница. Одна из пяти, подаренных тем, кого не должно было быть. Тем, кто нарушил Закон Кольца. Единственный дом, что у них остался.

У кого — у них? Что за Кольцо? Какой ещё Закон… — хочет спросить Роми. Но спрашивать некого. Она — лишь свидетель, безмолвный и бесправный.

— Вы, правда, считаете, что это — наказание древних богов во имя спасения всего рода человеческого и не только? — Роми силится вспомнить имя того, кто задал вопрос, и ничего не выходит. Почему-то кажется, что это неправильно. Она должна его знать. А он, высокий, абсолютно лысый бледный мужчина, продолжает говорить. Желчно, зло: — Добрых богов? Потому, что Содружество не уничтожило нас, а подарило последний шанс. Заперев, как зверей? Что за своё легкомыслие, самоуверенность, за дерзкую попытку возвыситься и примерить личину Творца мы теперь должны вечность провести под землёй, размышляя над собственными ошибками? И после этого, злые боги — мы?

— Мы вообще не боги. Как и они, — тихо отвечает та, чьими глазами смотрит Роми. И она с изумлением узнаёт собственный голос. — Нам оставили пять планет. Мы угробили четыре из них. Залили водой Ауки, обеспечили вечный ледниковый период на Стивале, уничтожили всю растительность Атаны, после нас остался только песок на Тайко. Фахтэ вскоре отправится следом. Какой бог допустит подобное?

— Злой, — хмыкает кто-то из полумрака, Роми хочет развернуться, но не может. Этот голос она тоже знает. — У которого есть запасной план.

— У тебя есть запасной план, Самар? — первый мужчина подаётся вперёд.

— У меня всегда есть запасной план. Но цена вам не понравится.

— Надеюсь, ты не предложишь теперь уничтожить Эннеру.

— Перестань. Доа нам не угроза. Никому больше не угроза. Но мы выживем, а они — нет.

Та, в чью память вклинилась Роми, делает шаг в сторону. Она нервничает. Ещё миг и Роми увидит размытое отражение в мутном жёлтом стекле окна. В последний момент картинка рассыпалась на миллион осколков: здесь, сейчас, в огромной пещере, полной светящихся артефактов, заключающих в себе чужую память, Ромиль Эннаваро в ужасе отдёрнула руку. Она не хотела видеть дальше. Она боялась вспоминать.

Шар послушно повторил её движения — отлетел обратно, огонёк на миг засветился ярче. На секунду, не больше, как раз тогда, когда Роми вскрикнула, наступив на что-то острое.

Пол окрасился жёлтой кровью, показавшейся невероятно насыщенной на белом камне. Роми вернулась в коридор, села, привалившись спиной к стене, осторожно вынула из босой пятки несколько прозрачных тонких осколков. Порез был глубоким.

Роми посидела немного, потом высунулась на уступ.

На самом краю поблескивало стекло. Разбился от прикосновения? Нет. Шар висел совсем рядом, словно сообщая — передумаешь, вот он я. Желаешь узнать всё? Думала, что жизнь уже перевернулась? Поверь, это только начало.

Роми верила, но не хотела больше ничего слышать. Не оглядываясь, запрещая себе сомневаться, она нащупала Путь в Замок.

Конец второй части.

© Екатерина Осеннова,
книга «Атради».
Часть III. Глава 22. Бал
Комментарии