Глава 1. Перенапряжение.
Глава 2. Черви на клавиатуре.
Глава 3. Поющая жемчужина.
Глава 4. Наездник мыши.
Глава 5. Я ведьма.
Глава 6. Дальше в лес - больше дров.
Глава 7. Двое из АМН.
Глава 8. Хороший, плохой, конь.
Глава 9. В поисках Белой Нереиды.
Глава 10. Сладко, как свинцовый сахар.
Глава 11. Километры воды.
Глава 12. Трое в мире, не считая муромита.
Глава 13. Любимый мир Дока.
Глава 14. Разрушительный тандем.
Глава 15. Просыпаются все, кроме...
Глава 16. Год муромита.
Глава 17. ...И пробил Час Червей.
Эпилог. Книга четвёртая - Апокриф от Эмиля.
Эпилог 2. Книга 5. Апокриф от Валентайны.
Глава 16. Год муромита.
1.

Я проснулся от того, что рядом кто-то кричал. Потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что крик принадлежал мне. Было очень, очень тихо. И очень, очень темно.

Единственное, что я мог разглядеть - две пары фосфорицирующих цифр, разделённые двоеточием: два часа, пятнадцать минут. К счастью, я пропустил все салюты, хотя обычно они сильно беспокоят меня, потому что квартира наша расположена на третьем этаже.
И зачем я только проснулся в такую рань (или скорее "позднь", для людей моего режима)?..

(НЕРЕИДА)

Я соскочил с кровати с бешено колотящимся сердцем, словно ко мне внезапно прижали дефибриллятор. На кровати рядом со мной её не было. Я нащупал на полке возле кровати свой телефон и включил фонарик. Напряжённо оглядел комнату.

(Кап...)

Моя кровать, затем стол, поверхность которого скрывал слой учебников и тетрадей, высокий тяжеловесный шкаф для одежды, дверца которого была неплотно закрыта из-за навалившегося изнутри хлама.

(Кап...)

Кровать Иды. Она сидела на постели, щурясь от внезапного света и сонно потирая глаза. В холодном сиянии телефонной вспышки она напоминала маленького скелетика.

- Ох, Ида! Нери! - с облегчением воскликнул я, бросаясь к ней, - ты в порядке?! Я так испугался!

- Я тоже... - полушёпотом ответила она. Я отпрянул.

(Кап, кап...)

- Т-ты снова разговариваешь?!
- Э... Да.

- Но как это возможно? Это связано с тем, что тебя так резко вырвало из мира?

- Да, наверное. Думаю, части моей разорванной сути наконец-то соединились.

Значит, часть её сути всегда была здесь, даже когда Нери путешествовала?.. Но сейчас это не важно! Весь теперь Ида снова со мной!

(Кап-кап-кап-кап!)

Странная капель, которую я всё это время улавливал краем уха, участилась, а дверца шкафа распахнулась, не выдержав того, что подпирало её изнутри, и по комнате разлилась волна резкого металлического запаха.

Какой-то неровный волосатый шар выкатился на пол и покатился по ковру, словно нелепый фрукт, измазанный собственным красно-коричневым соком. Когда он наконец остановился, сквозь слипшиеся сосульки волос на меня уставилось перевёрнутое лицо с разинутым чёрным провалом рта и огромными округлившимися глазами, так похожими на мои. То была человеческая голова. Голова Иды.

Я пытался закричать, чтобы выплеснуть хоть миллионную часть ужаса, сводившего меня с ума, но не смог даже вздохнуть.

- ЧТО С ТОБОЙ, ЭМИ-И-И-ИЛЬКХ-Х-Х?! - голос Иды, сидящей на кровати, перешёл в пронзительное шипение. Подняв взгляд, я уже не смог отвести его. Щёлка между передними зубами лже-Иды стала расширяться и углубляться, разрывая уздечку, верхнюю губу, и одновременно переходя на нижнюю губу и подбородок, пока чёлюсти не распахнулись в торжествующем зияющем оскале, но не в верх и вниз, а влево и вправо. Сквозь фарфоровую кожу щёк стремительно прорастали длиннные твёрдые щетинки, как вибриссы у кота. Кожа лба тоже лопнула, открывая третий глаз, а обычные глаза вылезли из орбит, отразив сотнями фасеток моё окоченевшее от страха лицо.

Наверное, именно вид моего отражения заставил меня двигаться, напомнив, что я ещё жив. Я рванулся в сторону, и как раз вовремя, потому что муромит-ищейка прыгнул на меня, преодолев полкомнаты одним смертоносным скачком.

Его жвалы вонзились меж прутьев крысиной клетки и застряли там, но это задержало тварь лишь на долю секунды: муромит упёрся в клетку передними и средними лапами и высвободил свои жвалы, выломав при этом искорёженную дверцу клетки.

Он всё ещё был ближе к выходу из комнаты, чем я, но тут моя Хотару, моя маленькая храбрая подруга, пулей выскочила из клетки, запрыгнув ищейке прямо на голову, и принялась яростно грызть мерзкие щетинки и фасеточные глаза.

На какое-то время муромит растерялся, и его оказалось достаточно, чтобы я вылетел из комнаты. Уже за дверью я услышал звук, как будто кухонными ножницами резко рассекли кусок куриного филе.

Входная дверь оказалась приоткрыта. Я опрометью бросился к ней, но не для того, чтобы выбежать, а чтобы захлопнуть и запереть на задвижку (так как замок был сломан). Один из муромитов, сидящих в засаде в тамбуре, попытался помешать мне, просунув лапу в дверь. Теперь эта лапа судорожно дёргалась на полу, заливая гемолимфой и без того грязный коврик для обуви.

Я успел захлопнуть за собой дверь в комнату Билла, как раз в тот момент, когда на две трети ослеплённая ищейка опомнилась и вновь рванулась ко мне. Первое, что бросилось мне в глаза в комнате - застывшая навеки композиция из двух лежащих в обнимку тел. Билл и Рита, должно быть, проснулись от шума взламываемой двери, но даже не успели понять, что происходит. Окровавленное одеяло стало их саваном.

Мит вонзил жвалы в дверь (один из них на несколько сантиметров вышел с моей стороны), и под весом его тела она слетела с петель и рухнула на пол с оглушительным грохотом. Вторую челюсть ему удалось освободить, и он пытался резануть меня ей, когда я протянул к нему руки.

Хотя ему это не удалось, я и сам несколько раз сильно поранился, пока вырывал один из жвалов. Придавив инсектоида так, чтобы обездвижить все его лапы, я снова и снова обрушивал удары на его головной и грудной сегмент его же собственной челюстью. Ореховой скорлупой хрустела кутикула, и фонтан серо-жёлтой жижи, маслянистой, как кокосовое молоко, хлестал мне прямо в лицо. Но я не обращал на это внимания, продолжая своё страшное дело, рыдая и неразборчиво рыча, пока труп муромита не стал похож на таракана, раздавленного бульдозером.

Только тогда сквозь стук крови в ушах до меня донёсся  шум, издаваемый ломящимеся в квартиру другими муромитами.
Не долго думая, я распахнул окно и выскочил в морозную черноту.

2.

Чернота встретила меня коротким тошнотворным ощущением полёта, а затем поглотила гигантским сугробом грязного снега с твёрдой коркой наста.
Несмотря на панику (скорее, адреналин даже помог мне прийти в чувство), я довольно быстро вскочил и побежал вперёд, совершенно не разбирая дороги. Я догадывался, что с моей левой ногой не всё ладно, потому что она плохо меня слушалась, но был слишком ошарашен, чтобы чувствовать боль.

Глаза быстро привыкли к темноте, но мне это не очень-то помогло: инстинкт подсказывал, что нужно найти людей, настоящих людей, и попросить у них защиты. Пусть они решат, что я слишком хорошо погулял на новый год, и у меня белая горячка, и вызовут скорую - всё лучше, чем вновь встретиться с муромитами. Надо только добежать до сквера, откуда наверняка взлетают в грязные небеса запоздалые салюты. Ещё лучше было бы поехать на метро до центра, но у меня нет проездного (да и ещё много чего, но это сейчас не главная моя проблема).

Я наконец достиг сквера и выскочил на заснеженную гладь замёрзшего пруда. Его противоположный берег обрамляли деревья, ветви которых поникли от запорошившего их за ночь снега. Буро-фиолетовое небо, отражающее огни города, давало немного света. В нём я различал чёрные тени деревьев на снегу, и ещё более плотные сгустки черноты, притаившиеся под ними.

Я застыл на месте, а они, напротив, пришли в движение. Тени имели человеческие очертания, но лишь поначалу: на замёрзшую поверхность пруда вышли уже муромиты-воины, большие и бездушные. Их было около десятка.
Ищейка или воин, один или десять, да хоть тысяча - для Эм не было никакой разницы. Тогда как для Эмиля была, и весьма существенная - разница между жизнью и смертью. Потому что Эмиль - всего лишь страшненький, вечно унылый парнишка с Земли, неспособный за себя постоять в реальности. А сейчас он как раз в реальности, и она не моргнув глазом позволит муромитам (да и кому угодно) разорвать его на кусочки.

Я подпрыгнул так высоко, что в прыжке успел повернуться на сто восемьдесят градусов: снег позади меня заскрипел, и я решил, что это муромиты с лестничной площадки настигли меня и неслышно подкрались сзади.

Опустив взгляд вниз, я увидел маленькую девочку с бронзово-рыжими волосами. На вид ей было на пару-тройку лет меньше, чем Иде. Она стояла на снегу босиком, и одета была лишь в странный тёмно-фиолетой балахон.

Вместо вздоха я издал хриплый сдавленный стон облегчения, увидев, что в её глазах отсутствуют фасетки.

- Это я, Тайн...а,  - пролепетала она.

- Тайн...а? Тебе удалось превратиться в девушку, - спросил я, всё ещё не веря своим глазам.

- Ну... Не совсем, - тихо ответила она, и тут, словно по мысленной команде (наверняка так и было) из тени ближайшего дерева выступил широкоплечий великан ростом добрых три метра. Он был абсолютно лыс, носа и рта у него не было, а глаза состояли из одних только белых белков.

- Что за...

- Мне не удалось полностью стать девушкой, так как я очень спешила к тебе. Часть моей сути отделилась во время воплощения. Почти как у... Нереиды.

Я дёрнулся, будто в меня выстрелили.

- Не всё ещё потеряно, Эм! Сейчас главное перенести тебя в безопасное место.

- Перенес... - хотел было переспросить я, но белоглазый огр схватил меня в охапку, девочка-Тайн с ловкостью крысы вскарабкалась к нему на закорки, и мы побежали. Я почти ничего не видел из-за безумной тряски, но кожей ощущал, что миты преследуют нас.

Бешеный бег продолжался, пока мы не оказались загнанными в тупик - громадное  п-образное здание торгового центра поймало нас в ловушку своей формой. Но гигант не растерялся, и перекинув меня через плечо, будто мешок картошки, стал карабкаться наверх, отрастив на пальцах своих громадных ручищ присоски, как у геккона.

- Ну. Ты. Да. Ёшь, - восхитился я, рискуя откусить себе язык каждый раз, когда моя голова билась об спину великана.

Наконец мы добрались до крыши. Тайн быстро нашёл дверь, ведущую внутрь здания, и наглухо заварил её.

- Ты что делаешь?! - воскликнул я.

- Они скорее всего уже в здании, но, надеюсь, у них уйдёт некоторое время, чтобы добраться сюда.

- Но доберутся же!

- Да...

- Тогда тебе лучше превратиться во что-нибудь летающее и забрать меня отсюда.

- Ты же знаешь, что я... Не могу...

- О, только не это! Не начинай сейчас! Смог же ты стать девушкой, хотя раньше не получалось.

- Правда, Эм, это ты у нас гений. А для меня это слишком.

- О, здесь я не Эм. Посмотри на меня.

Я раскинул руки в беспомощном жесте, позволив порыву ледяного ветра пробрать меня до костей, а взгляду Тайны - окинуть всё моё жалкое существо. Окровавленные руки (я всё же сильно порезался об мандибулу муромита), испещрены шрамами, болотные глаза затравленно глядят из-под слипшейся соломенной чёлки, мятая майка, вся в замерзающих брызгах гемолимфы, облепила дряблое тело. Лицо маленькой девочки приняло упрямое, яростное выражение.

- Да какая мне разница, как ты выглядишь в своей паршивой реальности! - убеждённо воскликнула она, - в любом другом мире ты можешь принять любую другую личину. С воображаемым телом можно сделать всё что сути угодно!

- Ну так сделай, крот тебя подери, Тайна! - рявкнул я.

- А вот и сделаю! Я сделаю из себя то, что физически способно к полёту, но я не знаю, КАК летать. Поэтому ты должен будешь помочь мне. Обещаешь?!

И не успел я пообещать или спросить, в чём, собственно, будет заключаться моя помощь, как она начала превращаться. Очертания маленькой девочки и здоровенного парня слились и перемешались, превратившись в огромный бесформенный ком пластилиноподобной массы.

Это птица или самолёт?.. А может, чудовищная пародия на стрекозу? Ни то, ни другое, и не третье - это всего лишь новое обличие Тайны. Я с опаской подошёл к ярко-оранжевому чётырёхкрылому чудовищу.

- Ну ты отожгла, конечно... - присвистнул я, на секунду позабыв о своих горестях под влиянием такого причудливого зрелища.

- Не стой столбом, залезай в кабину! - донёсся напряжённо-нервно-торжествующий голос из динамика (клюва?). Большой куполообразный нарост на спине оказался полым. В нём открылась жаброподобная щель, в которую я не без труда протиснулся и оказался в салоне. Там я опустился в кожаное пилотское кресло, росшее прямо из мягкого пола. Сначала мне показалось, что передняя стена у кабины отсутствует, но это оказался всего лишь большой вогнутый экран. В салоне было тепло и стоял слабый запах самолёта и террариума.

- И ч-что теперь?

- Управляй. Я покажу.

Загорелась большая зелёная кнопка, и я нажал её. Загорелся индикатор на одном из тумблеров, и я повернул его. Одна за другой, всё быстрее и быстрее следовали лаконичные инструкции Тайны. Два плоских лапшевидных щупальца выросли по бокам кресла и туго пристегнули меня к нему. Рой снежных пчёл, мельтешащих в свете фар (глаз?) внезапно ринулся на меня и через мгновение опрокинулся - мы тронулись с места и нырнули с края крыши. Я судорожно дёрнул на себя рычаг, ощутив, как Тайна вздрогнула от боли. Но это было не напрасно - мы вышли из пике и понеслись вперёд. Я поднялся ещё выше, чтобы не врезаться в другие дома.

Я то подлетал, то проваливался, словно в свободном падении, в такт взмахам перепончатых крыльев. Пробегая пальцами по приборной панели, я чувствовал, как под ней бьётся могучее сердце, а коснувшись стены можно было ощутить, как под бархатистой кожей играют стальные канаты мышц.

Мы пролетели над центром города. Там всё было в огнях, несмотря на поздний час. К счастью, мы летели достаточно высоко, чтобы никто из поредевшей толпы празднующих нас не заметил. Сверкала огромная новогодняя ёлка и маленькие ярмарочные шатры, лилась зачаровывающая, зовущая в сказочные миры музыка.

- Красиво... - донёсся трескучий шёпот из динамика.

"Интересно, какой процент этого сборища - зрители, а какой - актёры в масках? - мрачно подумал я, - сколько среди них муромитов: каждый пятисотый? Каждый третий?"

Вскоре город скрылся из виду. Тайна летела без фар, но мне всё равно приходилось контролировать полёт при помощи прибора инфракрасного видения.

- Садимся, - решительно сказала она, - смотри не разбей нас.

Я обречённо вздохнул и, следуя инструкциям, аккуратно посадил летательный аппарат. Мы оказались в какой-то глуши.

- По крайней мере мы оторвались, - пробормотал я, содрогаясь от холода, - но что дальше?

- Я не могу остаться с тобой, потому что мою суть разыскивают, как и твою. Но не волнуйся, я оборудую для тебя безопасное место, где ты сможешь уснуть. И продолжить свою миссию.

- Ты забываешь, что Мыш мёртв. Я больше не наездник.

- Твоим червём будет Нереида.

- Нери... Так она жива?! - вскричал я, не смея, боясь поверить своим ушам.

- В каком-то смысле, да. Часть её сути действительно погибла, но часть продолжает жить в Межпространстве в виде червя.

- Значит всё в силе? Мы отправимся во вселенную Королевы и сокрушим её своим смертоносным тандемом!

- Ты отправишься, Эм.

- Но... Я не понимаю...

- Как я уже сказала, часть Нери, способная жить в Поливселенной, мертва. Теперь она может существовать только в Межпространстве.

- Тогда, может, ты, Тайна? Мы создадим тандем, и это позволит тебе выжить в вакууме.

- Скорее всего я умру, не успев даже начать конденсацию. А мне уже приходилось умирать пару раз, так что, боюсь, ещё одна смерть меня доконает. Но даже если бы получилось, я была бы лишь обузой: ты тратил бы внимание на то, чтобы поддерживать мою жизнедеятельность. Прости, но если ты всё же собираешься сделать это, тебе придётся справиться в одиночку.

- Чему быть, того не миновать... - процедил я сквозь зубы. Тайна приступила к созданию убежища.

- Готово. Спускайся туда и ложись. Там десять метров вглубь, стены бронированные, а выход я замурую, чтобы муромиты не смогли до тебя добраться.

- А если я сам проснусь и захочу выйти? - с опаской поинтересовался я.

- Тебе это не понадобится: в бункере есть запас газовой смеси для дыхания, воды и еды на несколько дней. Потом я приду в этот мир и вызволю тебя. Также есть регулятор температуры, туалет, освещение, и я даже создала там свои любимые книги, - смущённо закончила она.

- Ого, да ты обо всём позаботилась! Спасибо большое.

- Давно мечтала похитить тебя и запереть в бункере, который только я смогу открыть.

Я стал спускаться в приветливо светящееся чрево бункера по лестнице из железных скоб.

- И кстати, спасибо, что спасла мне жизнь. Хоть, наверное, и не надолго. До встречи в другом мире.

- До встречи, - эхом отозвалась она.
Я спустился вниз, и люк тут же закрылся, как огромный чёрный глаз. Оставшись один, я огляделся и нашёл мягкую низкую кровать и таблетку снотворного на маленьком откидном столике. Приняв снотворное, я выключил свет, забрался под одеяло, закрыл глаза и прошептал одними губами:

- Рванули.

3.

Очевидно, Нери знала дорогу. Мы пронеслись через Межпространство молча, не обменявшись ни одной мыслью, но это было больше, чем просто молчание.

Чтобы не тратить время, она высадила меня сразу на корабле. Космическом корабле. По плану Тайны и других миролазок, мы должны подлететь к определённому месту, где в защите Королевы обнаружена Межпространственная брешь, и именно там совершить переход вторым ярусом.

Со мной носились, как с писаной торбой, что совсем не удивительно, принимая во внимание предстоящую мне самоубийственную миссию, но на душе всё равно было невероятно паршиво.

Тайна снова была парнем, а точнее - совсем молодым человеком, почти подростком. Иссиня-чёрная военная форма с тремя нашивками в виде космических ракет была ему очень к лицу, выгодно оттеняя бледное напряжённое лицо и ёжик облепиховых волос.

Наконец мы остались наедине, в моей роскошной безликой каюте. Я обессиленно рухнул на полутороспальную кровать, бессмысленно уставился в потолок и тихо спросил:

- Я действительно должен это сделать?

- Никому ты ничего не должен, - Тайн раздражённо передёрнул плечами и приземлился на краешек вращающегося стула, - но сейчас уже поздновато задавать этот вопрос, ты не находишь? Хотя я не осужу тебя, если ты прямо сейчас передумаешь и рванёшь коротать остаток дней в мир Дока или своих крестьян.

- Только вот ни Дока, ни моих крестьян уже нет в живых. И всё по её вине. Нет, я останусь, Тайни. Это я так просто, риторически спросил. Как думаешь, она меня убьёт?

- Не знаю, Эм. Я не знаю. Я даже не способен представить себе это существо. Пожалуйста, не говори об этом такими словами.

- Говорю, как есть, - пожал плечами я, - что бы ты обо мне не возомнил, скажем честно, я не герой и не гожусь на роль спасителя Поливселенной.

- Тем не менее, ты здесь. И ты единственный, кто потенциально способен её спасти. Даже тот, кто умеет немного предсказывать вероятности, никогда не поймёт, почему всё происходит так, а не иначе. Не знаю, утешит ли тебя это, но вне зависимости от исхода твоей миссии, Орден Миролазок сложит о тебе легенды. Хоть и просуществуют они недолго... Мне кажется, что ты удостоился великой чести быть действительно нужным Поливселенной, и по праву.

- Звучит здорово. Но ей нужно от меня только определённое действие, мой подвиг, моя жизнь. Моя смерть. Хоть кому-нибудь нужен просто я, живой?..

- Мне нужен, - краснея, пробормотал Тайн, - но так уж вышло, что если ты останешься со мной сейчас, скоро уже не станет ни тебя, ни меня.

Он сгорбился и прикрыл лицо руками. Я пару раз открыл рот, чтобы сказать что-нибудь геройское, но в итоге сказал просто:

- Иди ко мне.

Недоверчивый, пылающий взгляд. Мысленное "правда?".

"Да. Я этого хочу. Мне это нужно. Ты тоже нужна мне, Тайна, ведь сейчас ты для меня самый близкий человек во всей Поливселенной".

Тощий рыжий юноша, словно голодный дворовый кот, несмело шмыгнул в мои объятия. Я запустил пальцы ему в волосы, и под моей рукой они вроде как стали мягче и чуть длиннее. Я взял его жёсткие кисти в свою руку и они начали истаивать, словно воск, становясь более миниатюрными, мягкими. Тайн робко потянулся к моему лицу, и я притянул его к себе, встретив твёрдые губы и рот, полный зубов, норовящих до боли прикусить мой язык. Но от моих прикосновений губы немного припухли, челюсть и скулы изменили форму, став гораздо более женственными. Я открыл глаза, встретив непонимающий счастливый взгляд Тайны, и продолжил преобразовывать её воображаемое тело, словно умелый скульптор.

Под моей ладонью, пробравшейся под форменную рубашку, грудь её округлилась, а талия стала тоньше. Теперь форма сидела на ней мешковато, будто снятая с чужого плеча, и я поспешил исправить это недоразумение, сняв её. Я немного опасался, что застану какую-нибудь переходную стадию, но к тому моменту превращение уже завершилось...


...Я прижимал к себе Тайну, и моя суть постепенно соскальзывала в сон. Мне было хорошо и спокойно.

- Знаешь, в нашем ордене есть такое поверье, - вдруг прошептала она, - просто ободряющая сказка, но вдруг тебе как-нибудь поможет. Она гласит, что если ты позовёшь по именам людей, которых ты знал, но которые уже умерли, их души явятся и помогут тебе в битве. Если дословно:

В час последней битвы

Призови сути падших

И да хранят они суть твою.

- Спасибо... - еле слышно прошептал я и безмятежно заснул. Возможно, навсегда.
© Валентин Беляков,
книга «Час Червей.».
Глава 17. ...И пробил Час Червей.
Комментарии