Я убиваю людей против своей воли...
Битва сильнейших вампиров состоится здесь -...
Мой таймер гудит.
Коридоры Магической академии были словно лабиринты...
Доза радиации.
Солнце играло в прятки.
Я убил пятерых людей.
Что-то из головы
Навсегда в Вечность.
Её лицо было полностью изуродовано.
27.01.19. Без чувств.
ТЦ "Белый лев"
Голос в голове
Суперзвезда!
Отец
Сэм
Воин под бледной луной.
Её лицо было полностью изуродовано.
   Её лицо было полностью изуродовано. Старые шрамы ещё не успели зажить, как появились новые. Бить. Только битьё об стену головой помогала вспомнить девушке, чьё имя было скрыто даже от неё самой, от всего прошлого и настоящего.

   - В столько юном возрасте эта болезнь выпадает одному из тысячи. Мне жаль вам это сообщать, но у вас болезнь Альцгеймера.
   - Какого ещё такого Аль... геймера? - она слегла наклонила голову, чтобы понять, что врач не лгал ей, чтобы, посмотрев, найти в них ложь. Девушка так сильно надеялась увидеть её.
   - Старческое слабоумие. Аль-ц-гей-мера.
   - И.. И что оно означает? Ну, помимо слабого ума. Что на счёт моей памяти?
   - Мы сделаем всё возможное...
   - Что с моей памятью, доктор? - она уже не выдерживала. Её крики доносились до конца больницы.
   - Пожалуйста, успокойтесь. Сядьте. Сейчас я вам всё объясню...
   - Нет! Объясните сейчас же!

   Звуки скрежета заставили девушку остановиться.
   - Что это?
   - Вы про что?
   - Про этот звук... Он такой пугающий. Неужели я одна его слышу?
   - Так, давайте, давайте вы присядете. Я сейчас дам вам успокоительное. Вам станет лучше, обещаю.
 
   Скрежет не прекращался. И не прекратился ровно до тех пор, пока растерянная девушка не ударилась головой об пол и не потеряла сознание.


   - Кто моя мама? - её губы слегка дрожали, а глаза были раскрыты во всю.
   - У тебя нет мамы, дорогая, - пожилой мужчина сидел напротив своей дочери на кресло-качалке. Он был завёрнут в клетчатый плед, а из его уха торчал слуховой аппарат.
   - А я кто?
   - Ты моя дочь. - Он пытался сдерживаться как мог. Ни одно другого вопроса. Только эти...
   - А мама? Мама кто? - девушка сидела в мягком кресле, теребя волосы, и резко оглядывалась по сторонам с небольшими интервалами. Она действительно была похожа на сумасшедшую.
   - У тебя нет мамы. Есть я, твой папа, милая.
   - А я? Кто я?
   - Моя дочь.
   - А ты?
   - Твой оте... папа. Я твой папа.

   Но девушка уже не могла узнать своего отца. Она искоса посмотрела на медленные часы над камином, в котором сейчас лениво тлели угли, а затем на противоположную стену от камину, где располагалась кровать. Наверняка она была мягкая и удобная.

   Грустный взгляд девушки заставил мужчину заволноваться ещё больше.
   - Ты что-то вспомнила, дорогая?
   - Вспомнила, отец. - Сознание девушки вновь вернулось, потеряв лишь незначительные вещи.
   - О Господи! - престарелый вскочил с кресла и кинулся к креслу дочери. Он упал перед ней на колени и начал целовать руки. - Родная моя, ты меня помнишь! Какое чудо! Какое чудо!
   - Да, отец, помню... - слёзы быстро-быстро шли по щекам девушки. Та вытирала их и вытирала без конца, попутно обнимая мужчину. Через какое-то время что-то в её груди сжалось, отчего она поспешила в туалет.
   - Я сейчас приду.

   Вспомнить своё имя - это пустяк. Пустяк, который она вытворяла раза три, не меньше. А вот вспомнить имя человека, который сотворил с тобой это...

   - Нас зовут одинаково... - девушка рассматривала себя в зеркало. Лоб был рассечён, и сейчас из раны бежали струйки алой крови.
   - Вот, почему он не говорит его имени мне... Больной мне. Он думает, что я вновь причиню себе боль.

   Девушка прикусила порванную губу, сжала руки в кулаки и отвернулась от зеркала. Она не хотела больше просыпаться. Не хотела вновь обретать себя и свою судьбу. Однажды её сломили, разорвали, выбросили, а теперь она вспоминает об этом раз в месяц... когда смотрит на себя в зеркало, когда видит шрамы, оставленные прошлым, когда чувствует боль.

   И только одно-единственное не даёт ей умереть - эта болезнь. А чтобы её снова позвать к себе, всего-лишь нужно...

   Но сначала имя. Имя того человека, кто изуродовал её.
   Имя...

   - Дорогая, ты там в порядке? Скажи мне хоть что-нибудь! Папочка волнуется... - кричал пожилой мужчина из соседней комнаты.
   - Я в полном порядке, Саша. - И тут что-то щёлкнуло. Что-то поехало. Механизмы головы завелись, вздрогнули. Шестерёнки вновь стали живыми, а память наконец вернулась.

   - Ты что-то вспомнила? - вновь спрашивает отец.
  
   Но девушка молчит. Из раскрытого рта доносится гул о помощи вместо зова, который не может всё никак донестись из сухих лёгких. Её зовут Саша. Её...

   Бить. Лицом об стену, лишь бы только избавиться от этого имени, забыть своё лицо. Бить. Пока не упадёт, не растечётся кровавой лужей по белому кафелю. Бить. Бить. Пока не поздно. Пока отец снова не пришёл и не начал бить.

   Она бьёт, чтобы забыть. Он - чтобы вспомнить.

  
© Настя Снег,
книга «Что-то из головы».
27.01.19. Без чувств.
Комментарии