1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
15
Глаза болели, а сил открыть их не было. В голове, с каждым слышимым словом, раздавался колокольный звон. Попробовать поднять руку? Бесполезно - ни руки, ни ноги не слушаются отдаваемых команд. Слышен знакомый голос, но голова отказывается разбирать слова. Может, крикнуть что-то? Знакомый человек должен будет отреагировать на его голос, он же реагировал на его слова? Нет, рот не раскрывается, выпустив наружу только лёгкую струйку воздуха. Глаза… Надо постараться их открыть.

Веки, продержавшись доли секунды, тут же закрылись. Видеть её он не хотел, но Полина сидела на стуле, в пяти метрах от кровати. Платье то же, очки на месте - похоже, свой выходной костюм она не меняет. Но это не её голос. Нет, говорят два мужчины. Голоса тихие, иначе он смог бы разобрать сказанное. Один из них, в этом Данила уже не сомневался, был…

- Неужели он больше не встанет? - Саша был грустным, что явно читалось в его словах.

- Я бы советовал вам готовиться к худшему, - отвечал второй мужчина. - Он сдался и совсем не хочет бороться за себя. Мы влили в него столько лекарств, что прийти в сознание он смог бы. Но ваш брат этого не делает. Его жизненные показатели падают, и мы в таких случаях говорим, что человек не хочет жить, а, значит, медицина бессильна. Извините, но мне надо идти к другим пациентам. К вашему брату я зайду завтра. Дежурные будут всю ночь следить за ним, записывая для меня изменения. Но, извините, я уверен, что они не будут положительными.

Скорее всего, врач ушёл, так как в палате повисла тишина. Кто-то сел рядом на кровать, и Даниле хотелось верить, что это не Полина. Раздавшийся голос порадовал теплотой:

- Брат, ну что же ты так? Почему ты не хочешь жить? Я свечку за тебя поставил в церкви, а мой сосед приговорил целый бутыль за твоё здоровье. Живи, прошу тебя! У меня не осталось никого роднее. Я приду завтра, и надеюсь, что ты меня порадуешь.

Постель качнулась, намекая, что Саша ушёл. Интересно, оглянулся ли он на прощанье? А, может, вышел, согнувшись от переполнявших его чувств? В том, что Саша убит горем, Данила не сомневался. Брат тяжелее перенёс смерть родителей, и, как показало недавнее посещение кладбища, до сих пор ухаживал за их могилами. Смешно, но Данила не сомневался и в том, что за его могилой он тоже будет ухаживать. Хотя, чего тут смешного?

Мозг работал, как заведённый. От напряжения по голове потекла капля пота, а, значит, он ещё жив. Данила грешным делом подумал, что уже умер, и, всё происходящее сейчас, ему кажется, но шанс выкарабкаться ещё был. Только сидящая напротив девушка вызывала сомнения в хорошем исходе. А ещё язык, голова, конечности и живот… Проще было назвать, что не болело, так как таких «счастливых кусков тела» у лежащего в палате человека не было.

«Я жив! Я не хочу умирать! Это всё она! Я признаюсь во всём - пусть меня посадят, но только не отдавайте меня ей!» - кричало сознание, услышав чьи-то шаги. Человек постоял и ушёл, потрогав какие-то приборы с трубками. Странно, откуда он знает, что делал вошедший? Похоже, мозг подставил воспоминания о посещении больницы с умирающей матерью. Там тоже периодически заходила медсестра, проверяя капельницы и что-то высматривая на приборах. Сейчас произошло то же самое.

В голове немного прояснилось, но мысли поплыли медленнее. Скорее всего, ему ввели что-то наркотическое с целью обезболить горящее огнём тело. Зато теперь появились силы открыть глаза, чего так не хотелось делать. Надежда, что девушка привиделась, не покидала Данилу, и он пересилил свой страх.

Полина сидела на прежнем месте, улыбаясь и смотря прямо на него. В голове загудело ещё сильнее, заставляя веки сомкнуться, погрузив голову во тьму.

Сосед по палате тоже смотрел на Полину, но, имея больше сил, отодвинулся на край кровати.

- Кто ты? Смерть? Ты пришла за мной? - говорил он в испуге.

Девушка не отвечала, продолжая сидеть на прежнем месте.

Раздельно, с трудом произнося каждое слово, Данила боковым зрением посмотрел на соседа:

- Вы тоже видите её, - слова дались с трудом, да и часть их лишь издали походила на человеческую речь. Данила потратил много таких нужных ему сил, но он хотел знать ответ.

- Да, девушка в салатовом платье сидит прямо напротив нас. За кем она пришла? Это же смерть? Я прав? Скажи мне, друг, я же не сошёл с ума?

«Сказал бы, - подумал Данила, - только сил нет. Вышел весь».

С этими мыслями тягучая пелена снова навалилась на его сознание, засасывая каждую частичку в свой плен. Мозг сдался, отключая по очереди различные части тела, и в тот момент, когда сознание полностью покинуло его, Полина встала со своего места. Сосед начал кричать ещё сильнее, призывая на помощь медсестру, но девушка даже не смотрела в его сторону. Она стала между окном и кроватью Данилы, после чего нагнулась. Поцелуй был недолгим, но от него разило холодом, заставившим соседа по палате закричать ещё сильнее и упасть от страха с кровати. Полина улыбнулась, глядя на него, и, когда мужчина поднялся, произнесла:

- Я тебя вижу!

Он затрясся, обхватив кровать за ножку, а девушка в салатового платье отвернулась в сторону, как будто человек исчез из палаты. Она рассмеялась, отойдя к окну. Расставив руки, Полина сказала, посмотрев на любимого:

- Я же говорила: не ты здесь решаешь, что будет дальше. Ты не смог забрать меня в свой дом, значит, я заберу тебя к себе. Ведь там так холодно одной…

© Виталий Ячмень,
книга «Прекрасная незнакомка».
Комментарии