Предисловие
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
Эпилог
5
Пройдя обсчеты и обманы,
Бумажками, набив карманы,
Шагают рыбаки, матросы,
Коптят, сгорая, папиросы.
А в кабачках уж музыка играет.
Прохожих зазывала приглашает.
Манит шумное веселье.
В тесных залах наважденье
Разной публики в сей час,
Режет дым табачный, глаз.
Скрипач цыган в рубашке красной
Играет о любви несчастной,
Идёт по залу  не спеша,
Смычек – судьба, скрипка – душа,
И льются чувства-звуки,
Но, замерли вдруг  руки,
Закрылись черные глаза,
А по щеке катит слеза.
Под впечатлением матросы,
Коптят, сгорая папиросы,
Все в ожидании и, вдруг,
Движение смычка и рук,
Скрипач расправил плечи
И звуки, словно речи,
Рождают чувства, но иные,
Веселые и заводные.
И в этот миг все изменилось,
Жизнь будто заново родилась;
Рекою льется пиво в кружки,
Танцуют парни  и подружки,
Публика шумит, хмелеет,
Веселиться люд умеет.
Недолго пауза и вновь,
Гитарой, будоража кровь,
Поет цыганка и танцует.
Сердца наивные ворует
Мимолётным, жгучим взглядом 
У парней стоящих рядом.
А публика все пребывает,
Лакей, старик, не успевает
По залу пенное носить,
Да, любит здешний люд кутить.
Полны пивнушки до отказа,
Воришки смотрят в оба глаза,
Их час настал, клиент готов,
Тут ясно все без лишних слов;
Рассеян взгляд, невнятный слог –
Пора им преподать урок,
Раззява, носом не ведет,
Беду, не чуя, пьян, поет.
И вот, клиент, очередной,
Привстав, уверенной рукой
Схватил бутылку с белой
И с горлышка – умело.
Наверно, парень сей из стали,
Но нет, уж держится едва ли.
Всяк покорится горькой водке,
И не щадя басистой глотки   
Кричит крепыш: "Эй, человек!
Похоже, канет в лету век
Покуда ты подашь заказ!"…     
«Сию минуту, сей же час!» –
Звучит заботливо ответ.
И вот заказ, но, денег нет.
Крепыш, уверенной рукой,
Нырнул в карман, затем в другой,
И, осмотревшись, мутным взглядом,
Увидел цыганенка рядом,
Тот наутек, да как шальной.
Крепыш ему: «Постой, постой!»
И следом, – на пути сшибая все,
Кричит ему: «Верни, верни мое!
Не трону, слышь, остановись!».
Но цыганенок, точно рысь,
Через забор и – с глаз…
«Ну, я тебе…сейчас –
Бубнил вослед ему крепыш –
Ах ты, крысёнок, ах ты мышь!».
Но, охмелевший в доску, наконец,         
Почувствовал, как будто бы свинец
Переполняет ноги, тело и глаза.
Упав в траву, он еще слышал голоса,
Их даже различать пытался,
Но вот расслабился и сдался.
© Михаил Петриашвили,
книга «Виктор и Виктория».
Комментарии