Когда становится неловко?
Все же, жалость
Ультиматум или условия?
Встречаемся?
Гордая прогулка
Дело во мне или в тебе?
Извинение
Вишневая конфета
Вариант из двух
Признание
Когда становится неловко?
Лениво, девушка потянулась. Казалось, словно, она никогда не вылезет из-под одеяла, но утро завет! А еще вчера она так и не прочитала лекции, что бы сегодня уверенно отвечать на вопросы в тесте.

Девушка, со стройной фигурой прошлась по своей комнате к шкафу. Взглянув на себя в зеркало, она была ни капли не удивлена своему сонному лицу и «гнезду» на голове. Открыв дверцу, девушка взяла легкое платье и джинсовую куртку — кинула на кровать.

Раздался стук в дверь. Светловолосая жила не одна в своей квартире, а с одногруппницей и подругой — Натали: — Доминика, ты там встала? — Спросила она, уже открыв дверь и увидев подругу стоящей перед шкафом.

— Я уже начинаю одеваться, — стянув с себя домашнюю футболку, Доминика натянула светлый бюстгальтер и ловко застегнула, поправив лямку.

— Ты будешь сэндвич? А то я думаю сделать пока ты одеваешься.

— Да, — краткий ответ со сторону светловолосой и кудрявая доминиканка закрыла дверь с обратно стороны.

Доминика Вандом, закрыла двери шкафа и надела платье. Взяв в руки куртку, она собрала тетради с лекциями, забрала телефон с зарядного устройства и первым делом заглянула в соц. сети. Надеясь, что в общем чате одногруппники напишут, что теста не будет, но нет, они снова накалякали всякую ерунду.

Пройдя в ванную через кухню, Доминика оставила свою сумку и куртку на стуле, за который потом собиралась сесть и перекусить.

В ванной, та умылась и привела себя в порядок. Она накрасила свои губы нежно розовым цветом помады, хотя душа хотела воспользоваться сочной — оранжевой. Ей чертовски идет этот цвет, но привлекать внимание преподавателей она больше не хотела.

Вернувшись на кухню, более обновленной, Ната уже поставила на стол сэндвичи и кружки с бодрящим кофе.

Да, это совсем не то, что девушка привыкла есть по утрам в доме родителей и все же подруга умеет вкусно готовить даже, обычный чай в пакетиках, как бы это странно не звучало.

После легкого завтрака, подруги отправились на парковку, чтобы быстрее доехать до института. По дороге Ната, рассказывала некие главные детали прошлой лекции, чтобы Вандом хоть что-то начала вспоминать и не провалилась.

У ворот девушек ждал их хороший друг и компаньон — Томас: — Ну и как, что-то учили? — спросил тот, пытаясь повторить, самое сложное, но его подчерк был слишком корявым и он не мог разобрать его сам.

— Если ты думаешь списать, то я не дам, — отчеканила Нат и ускорила шаг, чтобы открыть двери.

— Да я не хотел списывать, мне просто нужен твой конспект, — парень тер в ладошки, следуя за доминиканкой.

— И этого тоже не дам, — она только мотала головой и крепко держала сумку в руках.

— Мини? — Парень резко посмотрел в сторону Доминики.

— Если поймешь, что я написала, то держи, — без труда, та отдала свою тетрадь. Потому что ее подчерк тоже довольно непонятный. Парню стояло только посмотреть на ее мелкий подчеркнул, как тут же вернул тетрадь, поблагодарил и снова начала надоедать Нате. Доминика только посмеялась, подметив для себя, что они могли бы быть хорошей парой.

Здороваясь с одногруппниками, по пути к кабинету, девушка не осознано посмотрела в сторону, где парни на курс старше, снова мучали ее не самого умного и не самого красивого, по мнению окружающих, парня. Миллер, всегда был зажатым, пугливым и нелюдимым. Смотря на него, ей было просто жаль такого неудачника. В душе она всегда хотела встать на его защиту, но будет ли это правильно? Она ведь стало такой, как сейчас именно после последней капли в чужих издевках. Может и он изменится, когда чаша терпения переполнится? Снова пройдя мимо Вандом, опустила глаза в пол, и только сейчас поняла, что за место туфлей обула кроссовки…

Болтая с друзьями, ей хотелось поскорее написать тест и выдохнуть. Мысли о шпаргалках не покидали ее голову. К тоже это не вариант, «Мисс Змееносец» на каждом тесте пересаживает всех по своему усмотрению и ходит по аудитории наблюдая за всеми.

Вот и на этот раз она рассадила всех, как ей угодно. Натали отправили куда-то далеко на задние ряды, а Мини устроилась на первом, рядом с Миллером и Томасом. Надеясь на себя, Вандом отвечала на вопросы, опираясь на свои знания. Как только она пала в ступор, то невольно посмотрела в соседний листок. Заметив одинаковый вариант с Эзрой, она удивилась. Он практически закончил! Готовился? Или все же скрывает то, что любит учится?

Только сейчас девушка задумалась о том, что постоянно на него обращает внимание, может это не просто жалось?

— Вандом! — внезапно, указка шлепнула прямо перед ней по столу.

— Куда вы там смотрите? — спросила преподаватель.

— Я просто задумалась, извините, — девушка, выпрямила спину и снова уставилась в свой лист. Ужаснувшись от своих ответах, она пропустила вопрос и продолжила отвечать на те которые знает. В надежде, сдать хотя бы не на плохую отметку.

В итоге, девушка ответила на большую часть вопросов и сдала лист вместе со всеми. С толпой вышла и среди одногруппников начала искать друзей: «Они ведь не могли уйти без меня, так же?» — подумала та, и сделав шаг назад, столкнулась с кем-то.

— Извини, — зажмурив глаза, Вандом ждала очередной мат или что-то вроде «Смотри куда идешь!», но ответ ее поразил, точнее молчание. Она открыла глаза и увидела, как Эзра просто проходит мимо, сжав свой бок. — «Я так сильно ударилась об него? Или ударила по больному месту?» — Доминика задумалась и пропустила мимо ушей собственное имя.

— Эй, — щелкнув пальцами возле глаз подруги, доминиканка привлекла к себе внимание, — Чего застыла? Мы идем на пару?

— Да, просто задумалась, — оправдалась та и перевела тему, — боялась, что вы меня кинули тут.

— Ой, да конечно кинем мы тебя, неудачники должны быть вместе, — вроде как пошутил Томас, но они на самом деле были таковыми.

— Не смешная шутка, идиот! — пихнув парня в сторону Ната, злилась и хотела оттянуть шутника за волосы, чтобы неповадно было, но сдержалась, продолжив идти держась за Мини.

***

После еще двух пар, наступило долгожданное время обеда. Натали и Доминика сидели с другими ребятами из группы болтая о всякой ерунде, даже начали обсуждать новые слухи. Вандом не фанатка слухов, но все же они могут быть правдивыми, правда в редких случаях.

— Доминика тебе любовное послание, — прокричал Томас влетев в столовую, — недо-ботан, решил признаться тебе в чувствах написав письмо! — Парень уселся на против своей кампании по ближе к девушке. Зачитал строчки в слух: — Ты прекрасный, красивый, умный человек, это мне в тебе очень нравится. Я данво хотел сказать о том, что люблю тебя и очень сильно хочу, чтобы мои чувства оказались взаимны. Но я знаю это невозможно, Доми… — внезапно, одногруппник, которого практически каждый хотел унизить, вырвал листок из рук шутника. А затем вылетел из столовой, как ошпаренный. Казалось все и вся смеялись или осуждали его.

Доминика, никогда не была против него, а на оборот хотела, чтобы Эзра влился в их довольно большую и дружную группу учеников. Она понимала его чувства, ведь раньше была в его положении. Озлобленно посмотрев на Томаса, он только пожал плечами, а светловолосая вскочила с места: — Миллер! — Вандом направилась за парнем, — Миллер! — девушка продолжала выкрикивать его фамилию, думая что он откликнется. Как хорошо, что она надела кроссовки, — остановись же!

Эзра остановился, но только потому что его истинная любовь перегородила ему путь: — Тебя зовут, — с улыбкой произнес предмет обожания Эзры.

— Миллер, ты в порядке? — взяв того за плечо, она подумала, — «глупый вопрос» — уже спросив.

— Это было не тебе, — произнес на ухо парень, указав на Доминика продолжил, — а ему, — Эзра на мгновение задержал дыхание, словно совсем не хотел ничего говорить. Некие эмоции переполняли его и вырвалось то чего никто недолжен был знать. Мини в первые слышала его так четко. Обычно парень мнется и как-то мямлит, а сейчас словно другой человек.

— Извини, — произнесла та, убрав свою руку с плеча парня, — Но я и не претендовала, просто Томас придурок… — опустив глаза, а затем снова подняв на Миллера Доминика продолжила, — Я хотела извинится за него, он хороший, но иногда мало думает.

— Мне все равно, — ответил тот, довольно тихо, — Давай представим, что я никогда не говорил с тобой, — эти слова огорчили девушку, в глубине она наделась что эта ситуация поможет ей набраться сил и стать ему другом.

— Да без проблем, — бодро сказала та, — в неком смысле я тебя понимаю, прости что так вышло, — подняв плечи и вжав шею, девушка словно хотела спрятаться за ними, от неловкости сей ситуации.

Эзра молча поправил очки, даже без диоптрия, и ушел в другую сторону подальше от этой столовой. Вандом вернулась одна, усевшись поникла только сильнее. Она правда хотела помочь и стать неким примером для него, но он даже разговаривать не с кем не хочет. Так какой толк вообще беспокоится о нем?

— Мини, чего ты за ним пошла? — спросила подруга, попивая сок с трубочки.

— Потому что Тамас дурак! — возмутилась та, снова осуждающе посмотрев на Сангстера.

— Значит, как все издеваться — так можно, а мне нельзя? — буркнул тот. Тем самым просто выведя девушку из себя.

— Ты ведь такой же неудачник!

— Нет, он просто на дне подруга, — снова его улыбка, он как бы пошутил, но снова не смешно, — А мы все равно выше, — парень показал жестами огромную разницу между какой-то дурацкой иерархией в их учреждении. Вандом сжала губы, а затем надув щеки медленно выдохнула.

— Томас, тебе стоит извинится перед ним, — подержала Натали подругу, именно потому что всегда смотрит на все объективно.

— Чего вы так взъелись? — но не прошло и минуты, как он выдал свою версию, — Влюбилась что ли? — указав на Вандом, он ждал реакции в ее глазах, но только сильнее разозлил.

— Болван! — девушка кинула в парня своим неоткрытым соком, — И думать забудь об этом, он уже любит другова человека!

— Так ведь тебя же…

— Прежде, чем выставлять чужие чувства на показ сначала бы разобрался во всем, — фыркнув на последок Доминика.

Она встала, забрав свои вещи ушла из столовой, оставив парня думать над своим поступком. Да, как ребенка отчитала, но все же она, как никто понимала чувства Миллера. Девушка тоже неудачница, просто сейчас в другой стране, надела маску и выбилась из позиции дна.

© MatoRosselli,
книга «Неудачники».
Все же, жалость
Комментарии