Введение
Я не поэт
Зачем, судьба?
Другу - Саше
Смерть матери
Прощай, Кавказ
Кого дожидаешь, мамаша?
Безжалостная мать
Не вспеет солнце взойти
На призыв народа
Зверство немцев
Письмо брату
В тылу врага
Праздник урожая
Знать, его такая доля
Хороший мирошник
Загрустил паренёк молодой
Два инвалида
Родная степь
Детской жизни
Безжалостная мать
Послушай, товарищ, приятель и друг.
Расскажу я вам что-то такое.
Посмотрите кругом, оглянитесь вокруг
И скажите, что вам дорогое.

Я конечно мечтаю, что жалость моя
Первая будет к родному.
Я за брата, сестру и за сына всегда
Стать в защиту могу по-другому.

Но на свете таится и есть человек,
В котором сердце как горный обвал.
Спроси, кого любить, проводя свой век,
И кого, и чего ему жаль.

Кто видал, кто слышал в одном хуторке,
Парень над хатой сидит молодой.
Он грустную песнь заводит себе,
Как живется у мамаши родной.

Она с малых лет его не слюбила,
Он считался в семье как чужой,
И забыла о том, что родила
И кормила грудью своей.

Она лишь на свете любила
Мужа и только всего,
И отдельно от сына кормила
Получше, получше чего.

Там в печке кипит и шипит сковорода,
Жарится яичница, картошка,
А тебе вот, Алешка, лук да вода
И хлеба чёрного крошка.

Наварит ему в чугуне балаиды,
Как собаке всего намешает,
Поменьше съестного, побольше воды
И пусть он проклятый хлебает.

Что мог Алешка на это сказать,
Ведь прав на слова не имеет,
Только скажи, как начнёт проклинать
И туда, и сюда как умеет.

Чтоб провалился сквозь землю, ушёл,
И глаза на тебя не глядели,
Проклятый, в пище разбору нашёл,
Мы же с отцом это ели.

А Алешка понурый что может сказать,
Ведь мать угощает родная,
В которой сердце как камень, трудно угадать,
Она ходит ненавистная, злая.

Придёт он в обедах покушаться домой,
Она между тем выглядает.
Дверь на замок, а ключик с собой,
И метнется, аж пыль подметает.

Но вот Алешка подходит к двери
И что же он несчастный встречает,
Замок чирьковой, висящий в сени,
Да собаку, что жалобно лает.

Обойдет он бывало хату кругом,
У соседей про мать спросит
И вернётся, со злостью стуча сапогом,
Где её черти то носят.

Но тут на работу звонок зазвенел,
Зовёт его снова трудиться.
И так уходил, ничего не поел,
До вечера нужно крепиться.

Она тут с профалой сейчас до людей,
Как лиса свой след заметает,
Мол Алешка прямо с едой надоел,
В пище вкус разбирает.

В прошлом Алешка, не ев буряки,
Покапает и чашку отставит,
А сейчас и без масла, без хлеба, муки
Как метлою чавун подметает.

Где же не кушать, где же не есть,
Ведь другого ему не наваришь,
Не мог бы он с вами получше поесть,
Но ты от куска отделяешь.

Посмотрите, какая рубаха на нём,
Вся грязью и потом излита,
Её она стирала месячным днём,
Намочить, и вон из корыта.

А Алешке и слова не даст говорить,
Сейчас так и рот затупляет,
Злится как ведьма, ногами стучит,
Чтоб ты ослеп- проклинает.

Сколько этих браней, нельзя перечесть,
Что сыну родному желает.
И всё наяву, это сбылось и есть,
Он несчастным сейчас проживает.

Он слепой, он без пальцев остался,
Не видит он больше природы родной,
Не видит и пищи, что мать подавает,
Синий как квас баландой.

Сидит он над хатой, головку нагнет,
И грустно он он песню напевает,
Мимо прохожий и старец пройдёт,
Но судьбы его горькой не знает.

Теперь он остался обижен судьбой,
Его горькая доля постигла,
Теперь он не нужен мамаше родной,
Она как будто ему отомстила.

Это было, я помню, в майские дни,
Когда поля покрывались травою,
И в садах абрикосы заметно цвели,
Птичий спев веселел над землёю.

Алешка работал в бригаде как раз,
К тракторам он воды подвозил.
Он зашёл пообедать на кухню на час,
А быков своих пастись пустил.

Но и что ж, он подходит и видит людей,
Они что-то в руках разглядают.
Это мальчик принёс слой капсул
Но делать что с ними не знает.

Один из трактористов Алешке подал,
А не сказал, что они могут взорваться,
Иль судьба его такая, или день тот настал,
Что Алешке со светом расстаться.

Не успел он руками и двух отколоть,
Как взрыв настоящий раздался.
Хотел он руками закрыть глаза, рот,
Но к земле как убитый прижался.

К нему подскочили, подняли его,
Лицо было кровью залито,
И сам он шатался, дышал тяжело,
Грудь осколками была побита.

И что же оказалось, дорогие друзья,
Без глаз он остался, бедняга.
Сколько мук перенёс, рассказать вам нельзя,
Этот бедный несчастный сердяга.

Но и что же, об этом услышала мать,
Но она как прежде спокойно варила,
Только нашлось у неё слово сказать,
Что совсем его чёрта не убило.

И так потекла его жизнь молодая
Без света, без радости дня -
Это всё понимала мамаша родная.
Её сбылись на сына слова.

И сейчас, когда нужно лечиться,
Сына в Ростов повезти,
Она даже людей не срамится,
Не просит чужих подвезти.

И сам он, бедняга, человека просил,
Умоляя и кланяясь в пол,
Чтоб его по пути он в больницу свозил,
Ведь сам он не видит дороги.

Конечно нашёлся один и другой,
Повезли, но ничего не добились.
Снова он скоро возвращался домой,
Но тут сильно родители злились.

Они гадали, что теперь никогда
К ним Алешка не найдёт дороги,
Но он скоро приплыл как по речке лобода,
И как прежде присел на пороге.

И стал он мамашу опять умолять,
Чтоб везла его снова лечиться,
Ведь хочется хоть немного дорожку видать,
Чтобы ей же самой не водиться.

Но она отвернется, как чужая стоит,
Волчий нос свой от сына хоронит.
А в его так и сердце, друзья, заболит,
От нервов себе пальцы ломит.

***
Эх ты! Родная мамаша моя,
Ты забыла мой труд и заботы,
Когда вас я кормил и отца, и тебя,
Не вылазя с тяжёлой работы.

Работал я в кухне, бил молотком,
Надрываясь, ковал я железо,
А ты только знала, с полным мешком,
Хлеб возила отцу, знала дело.

И масло, и мясо возила ему,
А мне буряк тот несчастный варила.
И все я терпел, имел жалость свою,
Но про все ты теперь позабыла.
***
Подойдешь к нему, он под хатой сидит
И про жизнь про свою напевает,
Горько с тоскою слова говорит,
А из глаз его слёзы стекают.

Эх! Зачем, говорит, меня мать родила
И долей такой наградила,
Лучше б малым ребёнком меня навсегда
Укрыла сырая могила.

Цветут цветы, пшеница колосится
И солнце, заходит на закат,
А твоё сердце, мой друг, не веселится,
Тебе родной природы не видать.

Пусть мать торжествует над горем твоим,
Но поверь! Её жизнь отомстит,
Она все испытает на хребте на своём,
Будет старцем по свету ходить.

И так, дорогие, на этом кончаю,
Моё сердце кипит как метал,
Сколько сёл я проехал, не знаю,
Но таких матерей не встречал.



© Marshall ,
книга «Рапорт».
Не вспеет солнце взойти
Комментарии