Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Благодарности
Глава 21
Если Ад и существовал на земле, то, без сомнений, это было подземелье Люцифера. Адские звуки было невозможно описать. От них стыла кровь в жилах, зашкаливал пульс, и вставали волосы дыбом. Словно сама преисподняя разверзлась, исторгая и поглощая стенания грешников. В чудовищной какофонии слились безысходное отчаяние и вселенский ужас. Вряд ли можно было назвать эти вопли человеческими. Человек не способен издавать подобные звуки. Одичалые, доведенные до безумства звери. Вот, в кого превращали пленников пытки Тёмных. Полутёмные коридоры, освещенные факелами, были наполнены смрадом фекалий и разлагающихся тел, гоготом солдат и тихими молитвами.

Сплошные замудреные коридоры, решетки, лишающие пленных заветной свободы, комнаты пыток. Солдаты Люцифера, получающие удовольствие от созерцания жалких людишек, сидевших за решеткой, над которыми можно издеваться и глумиться без каких-либо последствий. Здесь никто не верил в спасение и помилование. Многие пытались любыми способами свести счёты с жизнью, чтобы прекратить свои мучения и не превратиться в овощ или живой труп. Врагу такой участи не пожелаешь. Люди забывали, что значит ощущать дуновение ветра, видеть солнце и купаться в его лучах. Что значит быть свободным человеком. Из их головы выбивали не только светлые воспоминания, но даже собственные имена. Ты никто. И ничто в этом Богом забытом месте. Твоё сердце бьется, пока Люцифер не решит оборвать твоё жалкое существование. Если ты не способен давать информацию, показывать чувства или эмоции — ты становишься ненужным и недееспособным. Как только боль отупляет тебя, превращая в мешок мяса, крови и костей — от тебя избавляются, даже не удосуживаясь убрать труп, оставляя его на съедение крысам и насекомым.

Роберт едва мог шевелить пересохшими губами и видеть окружающее пространство перед собой. Чем дольше он находился в чреве тьмы, тем сильнее расползалась белёсая пленка на глазах. Темнота мучительно медленно поглощала архангела, разъедала его рассудок, словно плесень, высасывала все силы из тела и поедала некогда прекрасные белые крылья — гордость любого ангела, оставляя лишь скелет. Призрачную память о том, что в своем мире ты был кем-то, а сейчас ты ничто. Роберт дернул головой, пытаясь посчитать, сколько прутьев в решетке, но грязные волосы то и дело падали на глаза. Силы нужно было экономить. Архангел откинулся на кирпичную стену, ударившись затылком. Больно? Уже нет. Боль притупилась. Тёмные знали своё дело, и на каждого у них находился свой метод. Архангел понимал, что Богу нужно совсем немного времени и как верный слуга он должен был дать это время, держаться из последних сил и не раскалываться, даже когда хотелось выложить всю правду, Роберт буквально прокусывал насквозь кончик языка, чтобы не сболтнуть лишнего. Сейчас язык был настолько опухшим, что архангел едва им ворочал во рту. О регенерации не могло идти и речи. Слишком он был истощен, оттого и лечение происходило слишком медленно. Слишком. Еще на одну пытку его не хватит.

В его теле не осталось ни одной здоровой кости. Всё было тщательно и с особым изуверством сломано и переломано несколько раз. Незаживающие раны гнили и смердели. Или же это зловоние исходило от трупа бедняги, который гнил в противоположном углу камеры? Вряд ли Роберт уже различал какие-либо запахи. Терялось не только зрение, но, по всей видимости, и обоняние. Наверное, так даже лучше. Можно было игнорировать запах собственных испражнений и мочи, в которых сидишь, не способный даже подняться с железной койки без матраса. Унижать Люцифер умел. Не только словесно, но и действиями. Унижать и втаптывать в грязь так, что хочется сдохнуть. Но даже такой мелочи нельзя себе позволить, пока Бог не нашел чуда. Как только это свершится, Роберт сможет уйти на заслуженный покой, по собственной воле разбудив силу клейма.

— Иди сюда, тварь, ну же, убей меня! Либо брезгуешь? Боишься замарать свои руки об меня? Драный цепной пёс Люцифера!

Послышался смачный плевок, скрип открывающейся ржавой решетки, а затем и крик одного из пленных за стеной. Но крик тот был не от боли или страха, а облегчения. Пленник обрел покой. Сумел выбраться из чрева тьмы. Хотел бы Роберт поступить так же и отправиться следом за бедолагой. Только вот не мог. Еще через некоторое время кто-то дальше по коридору начал завывать, петь бранные песенки, напоминавшие счастливые дни в Светлом мире. Охранникам это не понравилось и они тут же ворвались в камеру, заставив проверенным способом заткнуться провокатора на восстание. А затем привычные молитвы, плач и крики. Крики и еще раз крики, которые больно били по барабанным перепонкам. В коридоре раздались шаги. Знакомые шаги. Их Роберт уже распознавал, как только гость ступал на каменный пол. Глухой стук мужских туфель приближался, и вокруг наступила гробовая тишина. Даже охрана переставала глумиться над пленными и выстраивалась вдоль тюремных камер, вытянувшись по струнке.

— Зараза, — выругался Роберт, открыв глаза.

Можно было и не открывать. Всё равно он знал, кто пришел его навестить или обрести на порцию новых пыток. Люцифер оставался неизменным. Всегда при параде, даже в таком убогом месте. Наверняка одет с иголочки. Сверкает начищенными до блеска туфлями. Ох, а еще убрал длинные волосы в привычный пучок на затылке. От этой «брутальной» прически исходила влагой ни одна демоница. Да и человечка. Если сплетни, обсуждаемые охраной между собой, верны.

— Как настроение? — послышался издевательский тон Люцифера, и в сторону Роберта повеяло дорогим одеколоном. Ну, хоть какая-то отрада для бедного носа.

— Прекрасное, как и всегда, — в таком же тоне ответил ему архангел, в попытке приподнять с достоинством подбородок, но боль в груди тут же о себе напомнила. И наглый смех Люцифера лишь сильнее распалил ощущение собственной ничтожности. Кому он сейчас что-то пытался доказать? Они по разные стороны баррикад. И это архангел беспомощно сидел в собственном дерьме, пока Люцифер жил на полную катушку и трахал весь мир, как и планировал с самого начала.

— Мне тут «белая» птичка донесла, что Бог ищет чудо, способное спасти мир от гибели, — с долей сарказма в голосе начал Люцифер, внимательно следя за выражением лица Роберта. — Ты поэтому обрек себя на такие страдания, чтобы скрыть столь ничтожный факт? Ох, Роберт, я живу не одно столетие и далеко уже не глупый мальчишка. Сложить пазл мне не составило труда. А одна милая девушка лишь упростила задачу, совершенно случайно оказавшись в моём замке. Вот так совпадение, правда?

Победа. Чистая победа без намека на проигрыш. Лицо архангела приобрело мертвенно-бледный оттенок, губы задрожали, отросшие ногти заскребли по металлу койки. Наверное, вся эта игра стоила свеч. Видеть собственными глазами, как ломается враг под твоим натиском, осознавая собственную никчемность и победу над собой — непередаваемое веселье. Неужели архангел действительно считал, что строя из себя мученика и скрывая правду о плане Бога, он становился героем в собственном мире и в глазах своего обожаемого Властителя? Хах, хотелось рассмеяться ему прямо в лицо, только вот Люцифер бы побрезговал подойти хотя бы на метр к архангелу. Он источал такую вонь, что першило в горле.

— Ты... всё это время ты знал, что Бог ищет? Знал и пытал меня не для того, чтобы вытрясти эту информацию? Так? Устроил ту сцену в моём доме, уже тогда зная обо всём?! — Роберта как будто ударили пыльным мешком по голове.

Ответом послужил издевательский смешок, больше похожий на снисхождение.

— Это чудо в моём замке. Скажу даже больше, я в буквальном смысле трахнул ваше спасение и получил колоссальное удовольствие. Она так мило кричала подо мной, — от воспоминаний хрупкого тела под собой глаза Люцифера вспыхнули и от нахлынувшего возбуждения демон сжал решетку пальцами и непроизвольно погнул. — Как всё чудно складывается. Чудо само попалось мне в руки, чем обрело всех на гибель, а не спасло, как было предначертано. И Бог... это ведь его последний шанс что-то исправить. Он рискнет ворваться в мое логово, я в этом не сомневаюсь. Всё, что мне остается, просто ждать.

— Ты... ты всё просчитал, всё спланировал. Ты... мерзкий ублюдок! — Роберт дернулся вперед и свалился с кровати, начав кататься по полу и выть от боли.

Люцифер несколько секунд смотрел на страдания архангела, наслаждаясь триумфом. После чего повернулся к охранникам и кивнул, дав тем разрешение покончить с ненужным балластом. Вряд ли теперь от него будет прок. Демон шел по коридору и присвистывал, пока демоны рвали на части бренное тело архангела. После такого плотного «ужина» из эмоций Роберта, можно было бы съесть что-нибудь на десерт. Люциферу не нужно было выбирать покои, которые он хотел сегодня посетить. Не нужно было выбирать между наложницами. Он знал, кого хочет сегодня. Сейчас. В данную минуту. Его зверь требовал только одну девушку. Клер Беккер. В прошлый раз он был не в лучшем расположении духа, потому и не сумел вдоволь распробовать лакомый кусочек. В предвкушении, демон облизнул губы. Дело легко поправимо.

***

Люцифер буквально ворвался в покои наложницы, едва не снеся дверь с петель. Эффектное и внезапное появление застало Клер врасплох и она, спрыгнув с кресла, с грохотом уронила фолиант на пол, глядя на демона как затравленный кролик. Беккер смотрела на Люцифера широко распахнутыми от ужаса глазами, отгоняя от себя страшные мысли и догадки, но ничего не могла поделать — память услужливо подсовывала картинки первого раза. От напряжения по виску девушки скатилась капля пота. Она обещала себе, что в следующий раз, если демон явится к ней, она так легко не сдастся. Не ляжет под него как по указке и не станет притворяться, что получает от сего действа хоть какое-то удовольствие. Болезненный первый раз вызвал в Светлой страх к совокуплению. И теперь она мысленно металась по комнате, как пойманная в стеклянную банку бабочка, пока коллекционер наблюдал за бессмысленными попытками своей жертвы спастись.

Возникла даже мысль спрыгнуть с окна. Там было не так высоко до ближайшего холма. Только вот... куда деваться дальше? Играть в прятки по острову или отправиться вплавь, куда глаза глядят? Так не проплывет и милю. Либо выдохнется, либо станет обедом для кровожадных акул. Играть в недотрогу не было времени. Нужно как можно скорее узнать, где Люцифер держит детей, и для каких целей. Быть может, они даже здесь, в его логове? Не логично ли держать их там, где безопасно? Как же об этом Клер не подумала раньше. А ведь и правда не допускала подобного расклада, уводя мысли в неправильном направлении. Может, Тирра что-нибудь знает и сможет поделиться информацией, неспособной ей навредить. И, разумеется, не бесплатно. Только вот... перед Беккер выросла непробиваемая преграда в виде Властителя Тёмного мира, который не сводил с неё плотоядного взгляда, шумно вдыхая аромат Светлой, которым был пропитан каждый уголок комнаты.

Беккер упрямо стояла на одном месте, даже когда демон стал приближаться. Каждый его шаг — болезненный удар сердца о рёбра. И вот он уже рядом, почти касается своими грудными мышцами часто вздымающейся груди Клер. Загадочно улыбается с высоты своего немаленького роста, подавляя своей харизмой и мощной энергетикой до такой степени, что даже Беккер, желающая мучительной смерти этому монстру, понимала, почему девушки теряли головы от него. Буквально сходили с ума, блуждая по опасному острию лезвия. Своей силой Люцифер подавлял волю наложницы, гипнотизируя тёмным и многообещающим взглядом, обещающим исполнить самые потайные и грязные желания.

И девушка не отводила взгляда от лица своего мучителя, едва дыша. Его глаза горели огнем. И если в прошлый раз там была сплошная ярость, лавой обжигающая внутренности, то сейчас это было желание. Больше, чем просто желание. Это был примитивный взгляд обладания, который заставил почувствовать Беккер себя так, словно он только что поставил на её измученном сердце клеймо. Нет, это было кратковременное помутнение рассудка, всплеск гормонов, влияние или демоническое внушение. Находясь в здравом рассудке, Клер бы никогда не стояла к врагу так близко. Разве что для того, чтобы всадить кинжал в окаменевшее за столетия сердце. Но то, что сейчас происходило между ними, было невозможно описать. Всепоглощающая ненависть на грани страсти и безумства. Беккер, наконец-то, удалось прервать зрительный контакт и отойти на безопасное расстояние, но Люцифер тут же схватил за локоть и резко придвинул обратно. Обнял за талию и прижал к себе так, что ни вздохнуть, ни ахнуть. Почему-то не упоминает инцидент на казне, не задает вопросов или допрашивает. Делает вид, как будто ничего этого не было. Или же всё прекрасно знает и оттягивает момент.

— Думаю, мы можем продолжить с того, на чем остановились в клубе, — тонкие пальцы скользят по волосам, несильно сжимая несколько прядей.

— И не надейся, — прошипела девушка, не понимая, откуда взялась эта наглость и храбрость открыто отказывать Люциферу. Она ведь не в том положении! 

— Даже не хочешь узнать, какой подарок получишь за свою покорность?

— Какой подарок? — этот вопрос вырвался из уст Беккер раньше, чем мозг успел что-либо обдумать. Слабая надежда вспыхнула с новой силой.

— Встреча с сестрой. Ты ведь именно этого хочешь?

Сердце защемило от радости. Клер едва сдержала слезы, которые так и наворачивались на глаза. Беккер была готова проявить всю покорность, на которую способна, заглушить голос совести и уязвленной гордости перед этим мерзким ублюдком, если это даст желаемое. Долгожданная встреча с Шерри. Маленьким ангелом. И неважно, что это могла быть очередная игра демона, неважно, что это могла быть очередная уловка. Всё это было неважным на фоне того, что у Светлой появилась возможность, слепая надежда увидеть самого родного и любимого человека. Ей хотелось задержаться в этом счастливом мгновение ещё чуть-чуть. Просто ощутить это тепло, согревающее каждую клеточку тела от мысли, что, возможно, совсем скоро она увидит Шерри.
© Лилит Уорнер,
книга «Дьявольский Договор: Во Тьму».
Комментарии
Упорядочить
  • По популярности
  • Сначала новые
  • По порядку
Показать все комментарии (3)
Ирина
Глава 21
Прекрасно,жду проду)
Ответить
2018-05-18 13:32:39
1
VI Menteri
Глава 21
Дааа, любезная Татьяна напомнила нам, сколько невинных жертв угроблено во имя "спасения") а все из-за терок Габриэля; этого божка недоделанного и непробиваемого Дэма, который купается в чужой боли, как Клеопатра в молоке - много, часто и со вкусом. Прелестно) Обворожительное описание действий♡
Ответить
2018-05-23 17:40:11
Нравится