Предупреждение
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
21
22
23
24
25
Эпилог
10
- И чтобы завтра закончили!- прикрикнул редактор. Как он не любил ленивых людей. И что только побудило его принять на работу Антошкина?- Статья должна быть окончена к завтрашнему дню, иначе я убью вас этой печатной машинкой!
  Антошкин усмехнулся, что-то пробормотал и вышел. Похоже, его хватило только на один день упорной работы.
Он вернулся из Филбулта в среду, проработал четверг и кое-как пятницу. Редактор требовал статью в воскресенье утром. Антошкин еще раз хмыкнул, при мысли, что придется работать всю субботу. Это слишком. Антошкин немного попечатал дома, и уже очень скоро почувствовал скуку. Теперь его квартирку можно было назвать домом: дырки в стенах были заделаны, стекло поменяно, пол вычищен, норы крыс заклеены и Антошкин даже отремонтировал несколько ступеней, однако ему уже стало скучно. Тут еще было много работы, а только что заработанные деньги за первую статью уже испарились.
Антошкин встал, с секунду подумал, затем взял плащ и вышел на улицу. Нужно с кем-то поговорить. Срочно. Но вот только с кем? Антошкин улыбнулся при мысли о Порок. С ней-то он смог бы поговорить. Порок обязательно поняла бы Антошкина, поставила бы ему это в укор, потом больно хлопнула по плечу и они вместе бы посмеялись над пустяками бытия. Но Порок была далеко в Филбулте. Антошкин даже не рассматривал то обстоятельство, что Порок - всего лишь заранее созревший плод его воображения. Он представлял себе Филбулт как просто очень далекую страну.
И вот, Порок была далеко. Но с кем же поговорить? В редакции лучше не показываться. Идти к бывшим женам? Что за безвкусие! Нужно уважать себя и свой выбор все-таки. Антошкин с горечью вдруг осознал, что у него нет друзей. Он не удивился, но несколько расстроился. Он постарался забыть на некоторое время Порок, и медленно побрел по улице. Антошкин шагал по кривым дорогам, размышляя о своем проекте. О Порок он забыл, но о своем подарке для нее - не смог. Антошкин понимал, что есть недочеты, но в целом был доволен своей идеей. Он собирался написать для Порок книгу. Небольшую, совсем тоненькую книжицу, такую, чтобы успеть за неделю. Набирал он ее каждый день вечером на печатной машинке. Антошкин отнесся очень серьезно к этому проекту. Он хотел отобразить в этой книге всю красоту нашего реального мира. Порок тогда открыла ему глаза. Наш мир и вправду еще может похвалиться кое-чем. Нужно только присмотреться.
Сам не замечая того, Антошкин дошел до агентства по разводам. "Давно я здесь не был" пронеслось в голове у Антошкина. Он потоптался у порога, а затем вошел внутрь.  Если сидела в кресле в углу под фикусом и читала роман. Она с восхищением переворачивала толстые желтоватые страницы и была так увлечена, что, казалось, сейчас сама нырнет в книгу. Антошкин прислонился к стене и стал осторожно наблюдать за Если. Он сам не заметил, как заулыбался. Они замерли так на некоторое время и, наверное, оставались в таком положении бы еще долго, если бы где-то вдали, как Антошкину показалось, толстая хозяйка не хлопнула дверью своего кабинета. Если вздрогнула и машинально посмотрела в сторону захлопнувшейся двери. Потом аккуратно закрыла книгу и только после заметила Антошкина. Она удивленно похлопала ресницами. Антошкин почувствовал себя неловко, ведь он даже не заявил о своем присутствии. Но Если не растерялась.
  - Сэр Энтон! Как я рада вас видеть!- она встала и протянула Антошкину свою тоненькую ручку,- Мне следовало бы повнимательнее читать газеты. Я не знала, что вы снова женились. И, полагаю, вам нужен развод?
  - Нет, вы не угадали. Я не женился, а значит разводиться пока не с кем.
  - Но тогда зачем же вы пришли?
Антошкин улыбнулся с удовольствием и зашагал по комнате. Потом остановился и небрежно бросил:
  - Я пришел повидаться с вами, Если. Вы сегодня отлично выглядите. Нет, не смущайтесь, это правда. Как ваши дела? Расскажите, я сгораю от любопытства.
  - У меня все как обычно, и я..
  - Нет, вы невыносимы!- усмехнулся Антошкин,- Зачем же вы так нагло врете мне? Я же вижу,- следующие слова он особенно подчеркнул,- вы читаете.
  Если округлила глаза, а Антошкин продолжил:
  - Что вы читаете, Если?
  - Это роман. Называется "Упорядоченные чувства".
  - Ух ты! Как необычно.
  - Это про любовь,- весело сказала Если,- Чудесный роман. Такой тонкий и... и такой жизненный. Мне очень нравится.
  - А каков здешний герой?
  - О, очень необычный. Он резкий, неаккуратный, эгоистичный. Но вместе с тем очень храбрый, мягкий в глубине души. Он - тонкая натура испорченная постоянными приступами иронии и сарказма. Он так яро ненавидит, а потом в один момент вся ненависть переходит в не менее сильное чувство. Он начинает любить.
  Если закрыла глаза от наслаждения. Антошкин улыбнулся. Ему нравилась реакция Если.
  - Скажи мне, Если, и сколько же ты ее читаешь? Меня не было чуть больше недели. Так сколько? Месяц?- он посмотрел на неуклюже всунутую закладку, определил толщину книги и количество страниц, прочитанных Если. Потом добавил,- Может, год?
Если смутилась.
  - Всего три дня, сэр Энтон.
Антошкин вспыхнул. Он опять забегал по комнате. Если будто не заметила этого. Она мягко опустилась в кресло и стала ждать.
  - Послушайте-ка, Если. Если в кресле, я буду вас так называть, ладно? Вам приятно?
  - Откровенно говоря, нет.
  - Тогда почему де вы предпочитаете называть меня так, как мне не нравится? Вы же хорошая и добрая, черт возьми!- Антошкин тихо рассмеялся.
  Если обхватила голову руками. Она быстро встала и начала кружить вокруг Антошкина, как виноватый пес.
  - О, извините меня. Прошу вас, я совсем забыла, Антошкин. Но, мне кажется, это имя вам совсем не идет.
  - Вот как?
  Если улыбнулась.
  - Оно звучит как-то просто. Невероятно обыкновенно. А "сэр Энтон"... Оно очень красиво. Словно имя самого короля! Ну, или рыцаря. Так величественно. Так грациозно. Как в романах...
  Если снова закрыла глаза и погрузилась в свои мечтания. Антошкин подарил ей эти мгновения, не стал мешать. Он попытался вспомнить свое семейное древо. Как знать, может у него в роду были рыцари? Антошкин тоже закрыл глаза и попытался представить себя в роли рыцаря. Вот и блестящие латы, вот и бравый конь, вот замок, а вот цветущая зелень и кристально-чистая речка. Антошкин отогнал эту картину. Природа напоминала Филбулт. Слишком сильно, чтобы не обратить на это внимания. В Филбулте была Порок. Нет, нужно забыть это виденье.
  - Мне очень приятно ваше сравнение, Если,- мягко начал Антошкин,- Но я больше подхожу под образ героя вашего нынешнего романа.
Антошкин ждал, что она расстроится, но Если только обрадовалась этому.
  - Ах, как это чудесно! Никогда бы не подумала, что вы такой. Это же очень интересно. Думаю...
Послышался знакомый удар дверью. Из-за угла появилась толстая хозяйка. Она увидела Антошкина и остановилась. Ее густые брови медленно поползли вверх. Толстые пальчики собрались в кулачки.
  - Антошкин. Что вы тут забыли?- прохрипела она,- Здесь вам не кафетерий. Мы работаем! У нас есть клиенты, документация, с которой нужно работать, дела, в конце концов. А вы, что? Разводитесь? Так разводитесь и проваливайте! От вас мне тошно.
  - А вы, "добренькая моя" хозяйка, помолчали бы. Я вовсе не отвлекаю вас от работы. И меня ужасно раздражает, что вы постоянно ко мне цепляетесь. Я не из тех, кто будет терпеть. Ваше поведение в высшей степени неоправданно. И если вы еще раз позволите себе повысить на меня голос, вы потеряете своего постоянного клиента.
  Она молчала. Теперь брови сползли вниз и образовали два угла по 30 градусов. Заламывая челюсть, толстая хозяйка быстро думала.
  - Тогда зачем вы здесь?
  - Мне нужно было кое-что обсудить с Если. Но это не важно. Теперь я поскорее покину это царство разлуки. Мне нет никакого удовольствия оставаться тут.
  - Ну и идите. Смотрите, не промочите ваши потертые ботиночки. На улице-то дождь зарядил.
  Антошкин нехотя выглянул в окно, будто сказанное хозяйкой никак не могло быть правдой, и без какого-либо интереса отметил для себя, что она была права.
  - Рад был повидать вас, Если в кресле,- улыбнулся он Если. Она тоже ему улыбнулась.
Из коридора послышались вой и всхлипывания. В комнату вошла высокая женщина в черном одеянии. Она звучно плакала. Антошкина передернуло.
  - Ах, спасибо вам. Спасибо большое. Вы не представляете себе, как мне тяжело.
"Вдова" пронеслось в голове у Антошкина. Он приветствовал ее сухим кивком, и собрался было уходить, но вдруг ее окликнула хозяйка.
  - Сэр Энтон, я полагаю, мог бы вас проводить, дорогая. Ну, полно, полно плакать.
Антошкин опять поклонился, но теперь нарочно неуклюже, и сказал:
  - Я бы с радостью, леди. Но у меня нет зонта.
  - О, не беспокойтесь, у меня есть!- воскликнула вдова,- Только вы должны быть уверенны, что вам не станут противны мои рассказы.
  - Почту за честь - ответил Антошкин и они с Если обменялись едва заметными улыбками.

© Irabellle,
книга «Три тура».
Комментарии