1. Кошмар наяву
2. Храм Света
3. Заговор
4. Суперзвезда
5. Пророчество
6. Спецоперация
7. Сделка
8. Бой на фабрике
9. Отплытие
10. Угроза из Внешнего Мира
11. Тень прошлого
12. Шимура
13. Непростой разговор
14. Посланники
15. Последний вечер
16. Долго за полночь пирушка была
17. Перепутье
18. Покушение
19. Начало
20. Опасная ночь
21. Огненная смерть
22. Вода и лед
23. Ужас за запертой дверью
24. Заманчивое предложение
25. Четырехрукий убийца
26. Выход найден
27. Вызов
28. Темная Империя
29. Битва продолжается
30. Эдения
31. Страшная месть
32. Поединок
33. Возвращение на Землю
34. На грани
35. Странная встреча
36. Неприятный сюрприз
37. Гибель Тьена
38. Победители и побежденные
12. Шимура

Хозяин турнира и все остальные отправились спать, оставив Кэно одного; Ханзо добросовестно выполнил приказ, заперев изнутри входную дверь. Сначала бандит услышал шаги – кто-то спускался по деревянной лестнице в трюм, а потом до него из-за боковой двери донесся возмущенный голос Рутая. Он говорил по-английски, хотя вполне мог бы перейти на свой родной язык… наверняка они там у себя во Внешнем Мире совсем по-другому болтают. Кэно невольно прислушался; ему было интересно, в какую историю он вляпался на этот раз, а лишняя информация не помешает.

- Где ты его достал? – недовольно-надменным тоном произнес племянник Императора. – Из него участник турнира и твой ki’art, как из дерьма драгоценный камень. Ни достоинства, ни манер. Позорного вида кретин, одним словом. Я бы на твоем месте его не то что…

- Рутай! – оборвал его Шэнг. – Откуда в тебе столько спеси? Ты вроде никогда не был высокомерным…

- Тут речь не о высокомерии, - извиняющимся голосом ответил Рутай. – Ты полюбуйся на этого Кэно. Он двух слов без мата связать не может, опозорит тебя на торжественном открытии турнира перед всеми гостями, что люди подумают, а Рейден так будет только радоваться. Дай ему какую-нибудь простенькую работу, я же не призываю тебя выгонять этого парня на улицу, сам ведь понимаю, что идти-то ему некуда, на Земле его быстренько в расход пустят. Только вот своей правой рукой его назначать не стоит, уж поверь. Такое ощущение, что его воспитывали какие-то маргиналы из трущоб!

Бандит прекрасно понял, почему этот зеленоглазый внешнемирец говорит по-английски – наверняка специально хочет, чтобы новоявленный ki’art Шэнг Цунга все услышал и понял, а то и вообще убрался отсюда подобру-поздорову. Ему оставалось только тяжело вздохнуть: что ж, другого ожидать не приходилось, он всегда был изгоем общества и предводительствовал такими же, как сам – теми, кому не повезло в жизни и кто в силу обстоятельств попал на самое дно. Сироты, бывшие беспризорники, беглые преступники, озлобленные неудачники, потерявшие работу, жилье, семьи и оказавшиеся на улице – вот они, подданные Кэно, короля преступного мира. Он по-своему прав, этот Рутай: таким, как глава «Черного Дракона», не место среди нормальных людей, что в этой вселенной, что в другой. Жаль, время не повернешь назад: знай он, что все так получится – лучше погиб бы в честном бою со спецсилами, но не стал бы Шэнгу слово давать. Теперь вот из-за него сами внешнемирцы на хозяина будут косо смотреть. Фиг его знает, что еще их чокнутый император по этому поводу подумает – не хотелось бы, чтоб он Шэнгу трепку задал за такого заместителя.

- По-моему, дорогой мой Рутай, ты забыл, с кем говоришь, - тем временем недовольно произнес черный маг. – Во-первых, это мой ki’art, а не твой, и не стоит мне по этому поводу делать замечания. Когда тебе вздумается обзавестись помощниками, то сам с этим вопросом разбираться и будешь – без чужих непрошеных советов. А еще ты забыл о том, что я вообще-то умею читать в чужих душах. Я лучше тебя знаю, что этот Кэно за личность и чего от него можно ожидать, поэтому скажу тебе прямо: ты за внешним облезлым фасадом не видишь внутреннего роскошного убранства.

- Это еще какого? – недоверчиво хмыкнул сразу сникший Рутай.

- Может быть, он и невоспитанный грубиян, но зато, как ни странно это для тебя звучит, хороший и по-своему добрый человек. Прежде всего, честный – интриги плести не станет, как есть, так и скажет, слово держать умеет. Кроме того, он не трус и своих людей на произвол судьбы ни разу в беде не бросал. Тебе этого мало? Думай, конечно, как тебе удобно, но вот лично я в него верю. И ему верю. Я не собираюсь заставлять тебя с ним дружить не разлей вода, если Кэно тебе не особенно симпатичен, но будь любезен, по крайней мере, вести себя с ним вежливо и приветливо. Все, хватит, идем спать, а то будешь завтра на открытии турнира носом клевать.

С этими словами они тоже пошли вниз по лестнице; Кэно стоял у стены каюты с ошарашенным видом. Надо же, вон оно как… Первый раз в жизни про него кто-то такие слова сказал, хотя столь положительная характеристика показалась главе «Черного Дракона» более чем странной и не соответствующей действительности. Впрочем, что тут рассуждать: раз уж согласился на эту работу – дороги назад нет. Хотелось бы, конечно, оправдать такое доверие, насколько это будет возможно. В глубине души Кэно ощутил по отношению к Шэнгу даже что-то вроде признательности и благодарности, пусть даже он наверняка и сказал все это лишь с целью поставить на место вздорного Рутая. Бросив на стул безрукавку и сняв тяжелые шнурованные ботинки с металлическими набойками, он лег в постель и заснул, едва успев опустить голову на подушку – усталость дала себя знать.

***

Когда корабль наконец подплыл к Шимуре, острову в Восточно-Китайском море, на котором должен был проходить турнир, было уже совсем светло. Соня чувствовала себя совершенно разбитой – ведь ночью никому из Избранных так и не удалось заснуть, но вместо того, чтобы прилечь и хоть немного подремать, она упорно пыталась вызвать по рации Джакса.

- Черный Ястреб вызывает Кардинала. Черт, опять одно шипение! Что вообще происходит?! Джакс, это Соня! Ты слышишь меня? У меня неприятности, мне нужна твоя помощь! Джакс, ответь!

Джонни, у которого тоже слипались глаза, решил шуткой отвлечь девушку от грустных мыслей.

- Пока ты в эфире, может, свяжешься с моим агентом и объяснишь, что тут у нас происходит? На съемки «Каникул во Флориде» я теперь точно не попаду.

- Я что, похожа на твою секретаршу? – грубо ответила Соня.

- Дружище, не надо, - тихо сказал актеру Арт. – Ты сам видишь, в какую передрягу мы все тут попали. Думаешь, ей сейчас легко? Она ж тебе сказала, что внешнемирцы ее парня убили и всех людей из ее отряда. Как бы ты себя чувствовал? Да еще кто-то рядом с тобой неуместные шутки отпускает. Я понимаю, что ты ничего плохого не хотел, но сейчас к Соне лучше кроме как по делу не подходить.

- Сонь, может, все-таки поспишь? – предложил ей Лю Канг. – Эти гады, конечно, не озаботились тем, чтобы предоставить тебе отдельную каюту, но у меня есть спортивная сумка с трусами-рубашками. Она мягкая, как раз тебе вместо подушки сойдет.

-Не надо, - отмахнулась девушка. – Пока наконец не поймем, что тут происходит и чего хотят наши враги, нам лучше быть начеку.

- Предоставили бы они ей свободную каюту, как же, - с неприкрытой злостью в голосе ответил Арт. – Вместе с этим уродом в черном плаще, номер на двоих.

Неожиданно Избранные увидели впереди стену густого тумана.

- Я не понял… вообще-то на небе не было ни облачка! – удивленно воскликнул Джонни.

В сплошном тумане иногда проскальзывали вспышки, похожие на маленькие молнии. Четверо воинов Земли изумленно смотрели вперед и вдруг услышали голос Рейдена:

- Это колдовская завеса, окутывающая остров Шэнг Цунга. Предупреждаю: ничто за ней не будет казаться тем, чем является на самом деле.

- Ее создал он сам? – поинтересовался одержимый идеей пристукнуть Шэнга Лю Канг, решив потихоньку прощупать ситуацию и разузнать, на что способен его будущий противник.

- Нет. Она была вокруг острова задолго до прихода сюда наших врагов. Это место основного перехода между двумя вселенными, Землей и Внешним Миром.

- То есть... это место было, его никто не создавал? – спросил Джонни.

- Ты прав. Врата Миров существуют здесь со времен сотворения Земли. Будьте бдительны. Остров Шимура – страшно искаженное место, в чем вы скоро сможете убедиться сами.

С этими словами Рейден снова исчез, а корабль, пройдя завесу, наконец причалил к берегу. Бедные Избранные отчаянно зевали – вот бы поспать хоть немножечко, может быть, им дадут отдохнуть перед открытием турнира.

- Вроде остров как остров, - удивленно сказал Арт, оглядываясь по сторонам. Он ожидал увидеть нечто действительно необычное, однако его глазам предстал вполне приятный земной пейзаж – какие-то старинные здания, сильно похожие на пагоды, тонули в буйной растительности, берег был усыпан мелким розовато-желтым песком, яркое утреннее солнце отражалось в синей морской воде, в воздухе носился аромат цветов. – Где тут искажения? Или мы их потом увидим?

- Слушайте, ребята, - неуверенно спросила Соня, - то ли у меня в школе были проблемы с географией, то ли уже началось расстройство сознания от недосыпа, но кто-то – то ли Лю, то ли Рейден – сказал мне, что Шимура находится в Восточно-Китайском море.

- Ну да, мне тот товарищ, что выдавал себя за моего учителя, то же самое плел, - ответил Джонни, потирая слипающиеся глаза. – Шимура, Восточно-Китайское море, и… Ой! – тут он хлопнул себя по лбу. – Мы ж отплывали-то из Гонконга, а не из Шанхая!

Лю решил промолчать – с географией у него было плоховато, поскольку из-за смерти родителей он не смог закончить даже среднюю школу, а потому не особо себе представлял, где именно он сейчас находится и как туда надо плыть из Гонконга. Арт, однако, тоже удивился.

- Вариант первый – те, кто нам все это говорил, перепутали Восточно-Китайское море с Южно-Китайским, - ответил спортсмен. – Если же они все-таки ничего не перепутали, то…

- Мы не могли так быстро добраться из Гонконга в Восточно-Китайское море, - задумалась Соня. – Там же надо плыть мимо острова Тайвань. Это заняло бы по меньшей мере…

Лю первым сошел по трапу на берег с корабля. Наклонившись, он поставил сумку на землю, зачерпнул ладонью песок и зачем-то стал внимательно его рассматривать, словно ожидая подвоха.

- Так Шэнг Цунг же колдун, будь он трижды проклят, - перебил он девушку. – Небось опять один из его мерзких трюков. Он наверняка может сделать так, что корабль за два часа проплывет хоть десять тысяч километров.

Арт, Соня и Джонни последовали за Лю. Актер, продолжавший мучиться со своими многочисленными чемоданами, в итоге свалился с трапа в воду под громкий смех остальных приглашенных и выбрался на берег мокрым до нитки – хорошо еще, что на улице было довольно жарко. Соня, повертев хрипящую рацию в руках, решила ее выбросить. Это заметил Лю Канг.

- Что ты делаешь?

- Электрические возмущения прошлой ночью, должно быть, вывели из строя все транзисторы.

Молодой воин увидел у своей новой знакомой на руке компас.

- Я думаю, что твоя рация исправна. Ты лучше на свой компас посмотри.

Стрелка прибора бешено вертелась по кругу. Тут Соня взглянула на одно из деревьев и воскликнула:

- На берегу мне казалось, что дерево кривое. На самом деле оно прямое.

- Рейден говорил про искажение пространства здесь, - мрачно произнес Лю. – Получается, что он был прав.

- Интересно, - задумчиво сказала Соня, - а что происходит тут со временем? И вообще, если исходить из понятий о нормальном пространстве, то где мы находимся?

- А я что, похож на твоего агента по путешествиям? – с ехидной улыбкой ответил ей Джонни, наконец-то нагнавший товарищей – огромное количество мокрых чемоданов не позволяло ему идти достаточно быстро, а бросить их ему было жалко. – Ладно, я сдаюсь. Что происходит?

Арт хотел было снова сделать ему замечание, но не успел – Лю быстрее ответил на вопрос актера.

- Я не знаю, но легенды, судя по всему, были правдивы.

- Какие еще легенды? – пожал плечами Джонни, все еще до конца не веря в происходящее.

***

Главу «Черного Дракона» разбудил стук в дверь. Оторвав голову от подушки, он бросил взгляд в сторону бокового входа: на пороге стоял Эсмене.

- С добрым утром, приятель, - произнес он, при этом от бандита не укрылось, что бывший чемпион турнира выглядит злым и расстроенным. – Избранных выгрузили, Соня тебя пока что точно не увидит, и сегодня, если ты помнишь, мы идем во Внешний Мир. Давай съедим по булочке, умывайся – и вперед.

Кэно сел на кровати, натянул безрукавку и ботинки, взял с блюда одну из булочек, с опаской откусил – интересно, какова на вкус внешнемирская еда? Выпечка оказалась с начинкой, похожей на клубничный джем или повидло, и буквально растаяла во рту – даже не зачерствела за ночь, прямо удивительно.

- А можно мне один вопрос задать, вы не обидитесь? – спросил он Эсмене.

- Задавай, в чем проблема, - махнул рукой тот.

- У Шэнг Цунга… то есть моего господина… есть семья? Он вроде как про это упомянул, но я спросить не решился. Вы-то про себя рассказали, а он нет. Я понимаю, любопытным быть нехорошо, и вы, наверное, считаете, что я…

- Ой, сложно все, - покачал головой Эсмене, не дослушав бандита. – Ты перестань все время извиняться и оправдываться, если уж работаешь с нами, то не только имеешь право, но и должен быть в курсе всех дел, что интересует – спрашивай. Как ты сам понимаешь, Шэнг бессмертен, и это здорово осложняет ему жизнь. Хорошо быть смертным: женился себе, прожил жизнь со своей женой, как полагается, конечно, редко получается в один день умереть, все равно одному супругу обычно другого хоронить приходится, но все равно… В общем, люди влюбляются и обзаводятся семьями вне зависимости от возможности умереть своей смертью, и мой друг – не исключение. Однако с женщинами ему хронически не везет: скажем так, их вниманием он обделен не был, всегда им нравился, но те, кто пытался связать с ним свою судьбу, либо плохо кончали, либо просто влипали в неприятности. Из того периода его жизни, который предшествовал нашему знакомству, я знаю только про историю с Атенрой. Это была какая-то дама из числа приближенных Императора, и она родила Шэнгу двоих детей – сына Энсио и дочь Аунэдис. Ауни и сейчас жива-здорова, должна быть сейчас где-то на острове, а вот с Энсио случилось что-то совсем жуткое, я даже не знаю, что именно, слышал только, что его вроде как в бою убили, но это произошло еще до нашего знакомства. Потом еще он встречался с одной нашей общей знакомой по имени Омеджис, они расстались по взаимному согласию, потому что она в одного темного эденийца влюбилась, но в неприятности тоже успела попасть. Она же внешнемирцам сочувствовала, хоть для виду и нейтралитет держала – хорошо еще, что детей у нее нету, не знаю, где она сейчас обретается и как живет.

Бывший чемпион вздохнул и тоже взял с блюда булочку – Кэно тем временем доедал уже вторую.

- Это были еще цветочки, а вот теперь расскажу про ягодки. У меня была двоюродная сестра Кианг, на редкость неординарная и любознательная девушка, правда, мне так и не довелось с ней толком пообщаться – она была намного старше меня, когда меня отдали в Храм Света, она была уже замужем, причем со своим будущим супругом она сбежала из дома без благословения родителей. Ты, я думаю, уже догадался, что она тайком встречалась с Шэнгом, только вот вместе они прожили недолго – моей бедной сестренке в соседском доме во время пожара упала на голову потолочная балка. Соседи пошли работать в поле, оставили одних двух маленьких сыновей, а малыши стали по глупости баловаться с огнем. Их дом загорелся, и Кианг бросилась на помощь – она всегда была самоотверженной девушкой и не бросила мальчиков на произвол судьбы. Ее мужа в тот день дома не было, а когда он вернулся, то узнал, что жена успела вынести из огня старшего сына соседей, а младшего так и не успела, погибла вместе с ним. Естественно, этот подонок Рейден успешно скрыл от меня, за кем была замужем Кианг и что с ней произошло. У нее дочка осталась, моя племянница Эрлэй, за ней потом Аунэдис приглядывала, пока отец по моей вине на рудниках сидел.

- Ого, как все запутано, - глава «Черного Дракона» неуверенно потянулся за третьей булочкой; уж очень они вкусные, но не сочтет ли Эсмене его не в меру жадным?

Тот никак не отреагировал, продолжая рассказ.

- Уже после смерти Кианг Шэнг познакомился с другой женщиной, ее звали Джоула, и она была дочерью Бэннака, тогдашнего главы «Черного Дракона», - Эсмене поймал удивленный взгляд Кэно; тот все никак не мог привыкнуть к мысли о том, что его организация – не простой преступный синдикат, а очень древнее общество. – Она была очень красива, но в то же самое время собрала в себе огромное количество пороков. Мне довелось с ней встретиться, и прямо скажу – впечатление было не из приятных. Жестокая, жадная, властолюбивая, грубая и беспринципная. Ее сын, Ави, весь в нее. Ненавижу этого мерзавца. Старайся с ним не сталкиваться, а по возможности – вообще не вступай ни в какие контакты и держись как можно дальше, от такого подонка всего можно ожидать. Старший брат Джоулы, Кэбрал, на момент нашей с Шэнгом первой встречи был уже женат, у него было двое маленьких сыновей, и они с супругой ждали третьего ребенка. Его сестра, напротив, предпочитала вести достаточно вольный образ жизни, невзирая на наличие маленького Ави и призывы Бэннака остепениться и повзрослеть, а через несколько лет случилось самое жуткое. Ее отец с давних времен хранил медальон вашего клана – по слухам, это было не просто украшение или что-то типа символа, а древний артефакт, обладающий огромной мощью. Кто-то случайно сказал об этом Джоуле, и она, будучи крайне амбициозной, решила, что «Черный Дракон» недостаточно могуществен. Она стала предлагать отцу воспользоваться силой, скрытой в медальоне – книги называли ее «яростью дракона» - и уничтожить всех, кто выступал против вашего синдиката. Бэннак был категорически против: он был довольно неглупым человеком. Он сказал Джоуле: не факт, что ты с этой силой совладать сможешь, не тронь лихо, пока оно тихо. Вроде бы даже поговаривали, что медальон погубил кого-то из его предков, решившего сдуру попробовать себя в качестве черного мага, и поэтому Бэннак запретил членам своей семьи даже дотрагиваться до этой штуки. Его дочь не собиралась так просто сдаваться. Она решилась на нечто совершенно неслыханное, чтобы заполучить артефакт, и подняла руку на собственных отца с братом – подло зарезала обоих, когда они ни о чем не подозревали. После этого она отправилась к Шэнгу на рудники и попросила его помочь ей использовать медальон. Поначалу он согласился, но в тот момент думал, что древний символ клана ей добровольно отдал отец и отправил ее к старому знакомому, потому что на «Черный Дракон» наседали власти и Бэннак нуждался в помощи. Несмотря на то, что родитель Джоулы в свое время нарушил данное слово и не явился на турнир, хоть и обещал, Шэнг решил забыть про свою обиду и не бросать его в беде. Однако… Потом он узнал, на какое грязное дело она решилась ради власти, и сказал ей, что больше не желает ее видеть – тем более что к тому времени он уже встречался с другой женщиной. Что с ней стало дальше, я точно не знаю – то ли сама в пропасть упала, то ли ее туда кто-то столкнул, то ли ее все-таки погубили силы медальона. Вдова Кэбрала тем временем взяла власть в клане в свои руки. Однажды к ней пришел посланник от Шэнга с медальоном ее родственницы и сказал, что Джоула погибла, но женщина категорически отказалась взять артефакт, который принес столько несчастий ее семье. Более того, она вывела на порог Ави, своего племянника, сунула его в руки посланнику, сказав, что не желает не только воспитывать, а даже и видеть отродье убийцы своего мужа, и захлопнула дверь. Ребенка забрали слуги его отца, медальон с тех пор был у него… да только вот дурную кровь никуда не денешь, что из него выросло, я тебе уже рассказал. В общем, еще раз дам дружеский совет – держись как можно дальше.

- Нда, - сочувственно произнес потрясенный Кэно. – Бывают такие фрукты: у одной моей приятельницы было трое братьев. Двое нормальные, сама она нормальная, а третий оказался полным уебищем и маленьких детей насиловал. Потом этого мудака посадили, но до суда он, ясен пень, не дожил. Дура была эта Джоула и сволочь. А вот Ави мне почему-то жалко, тетка его – странная баба. Взяла да выставила собственного племянника вон, чужим людям на воспитание. Он ведь, как я понимаю из твоего рассказа, уже тогда наверняка что-то соображал, а не просто орал и в пеленки гадил. Я б сына сестры или брата моей жены просто так никому не отдал. Мало ли что кто-то из родителей последней скотиной был, так это его трудности, зачем за мамашину мокруху на мальца вину вешать? Вон в нашем мире, если кто кого замочил, так детей же вместе с ним в тюрьму не сажают. Небось он потому таким и стал – тетка вышвырнула, а чужие люди наверняка кормили и одевали, но по головке не гладили, ну парень и озлобился на весь белый свет. Неужели у Кэбраловой бабы – она ж, кстати, пра-кто-то там мне по прямой линии! – денег не было племянника прокормить? Не верю я в это.

Эсмене смерил бандита таким взглядом, что тот почувствовал себя несмышленым школьником, ляпнувшим глупость при всесильном директоре.

- Эх, Кэно, не так все просто… Женщины, в отличие от нас, мужиков, создания куда более тонко чувствующие и больше понимающие. Тем более оно ж как обычно получается? Ребенка в основном воспитывает женщина, она с ним целый день, пока муж делами занят. Как следствие – она этого малыша и знает лучше, и видит больше. Может быть, ребенок и не виноват в том, что натворила его мамочка, да только дурную кровь никуда не денешь. Здесь у меня есть два варианта: первый – то, что вдова Кэбрала, каждый день общаясь с племянником, видела, что он растет таким же монстром и моральным уродом, как его мамаша, и поспешила сбагрить дитятко первому встречному. Второй – Петра просто не могла постоянно видеть рядом с собой ребенка убийцы своего мужа и отца ее собственных детей. Скажу по правде – дама она была жесткая, если не сказать, что и жестокая, потому что девочка-колокольчик не смогла бы руководить «Черным Драконом» и командовать мужиками-мордоворотами и отпетыми бандитами, но такое дело оказалось выше даже ее моральных сил. Честно говоря, в первое мне верится больше, хотя я могу быть неправ. Я ведь не женщина.

- А Джоулу часом Шэнг не сам убил? – предположил Кэно.

- Я не знаю. Не спрашивал. Он не говорил. Однако все может быть. Я же говорю – это был монстр в облике красивой девушки. Может быть, это был всего лишь несчастный случай. А еще есть вероятность, что Ворпакс – та женщина, с которой Шэнг в то время встречался. Джоула ее, должен сказать, люто невзлюбила за сам факт ее наличия, ну, кто его знает… хотя она была настолько агрессивной, что со стороны Ворпакс это в любом случае была самозащита, - криво усмехнулся Эсмене. – Так вот, идем дальше. Оказавшись на кобальтовых рудниках, Шэнг, на свое счастье, не остался там в одиночестве, и тут, как я полагаю, ему очень крупно повезло, хотя закончилось все не слишком благополучно. Буквально в первый же день он познакомился с этой самой Ворпакс – я не знаю точно, при каких именно обстоятельствах, но он как-то упомянул, что вроде как защитил девушку от каких-то местных недоумков. Она тоже там сидела, на этих рудниках, кроме того – она была не простой заключенной, попавшейся на краже мешка с морковкой. Я тебе уже рассказывал про Императора, так вот – к тому времени он уже был сущим параноиком, которому за каждым кустом мерещились враги, и человек, просто так без его согласия, документов и прочего появившийся во Внешнем Мире, сразу попадал под подозрение. Ворпакс была старшей и любимой дочерью королевы Арсина, одного из соседних миров – своеобразное место, у его жителей много своих заморочек, включая фундаментальный матриархат. Мать сдуру отправила ее во владения Шао Кана – причем безо всякого злого умысла, просто на разведку, думала по возможности наладить дипломатические отношения с разными соседями, но ты уже сам наверняка догадался, чем дело кончилось – внешнемирцы принцессу схватили, обвинили в шпионаже и засунули на рудники. Когда она с Шэнгом повстречалась, он ей и сказал: держись ко мне поближе, так у тебя будет больше шансов выбраться отсюда с минимальными потерями. Я был с ней знаком: честно говоря, потом мне было очень жаль, что все это у них так нехорошо закончилось, но это уже не их вина. На мой взгляд, она действительно была для Шэнга идеальной парой – хорошо его дополняла. Женщина она была умная, красивая, с чувством собственного достоинства, кроме того, умела генерировать идеи и работать в паре или даже в команде, а это очень важно: ты как руководитель наверняка сам встречал по жизни людей, которые от природы на это не способны: им отдашь конкретный приказ, а они то в лес, то по дрова.

- Почему ты говоришь о ней в прошедшем времени? Она что, тоже умерла? – поинтересовался Кэно.

- Нет. К счастью, нет. Слушай дальше. Как ты уже понял, у них с Шэнгом все было очень серьезно, хотя началось просто с дружбы и сотрудничества. Они вместе успешно делали мне гадости, и получалось у них очень неплохо – мы с друзьями едва успевали отбиваться, - произнес Эсмене почему-то с восторженной ноткой в голосе. – Однако вскоре здесь появилась Крия, мать Ворпакс – она была обеспокоена долгим отсутствием дочери, собрала армию и явилась за принцессой, решив, что с ней могло случиться несчастье. Королева быстро поняла, что к чему, и стала подумывать об объединении с Шао Каном. Тьен и Рейден запаниковали: если бы это произошло, от них обоих не осталось бы и мокрого места. Положение осложнилось еще и тем, что из Не-Мира вылез Куан Чи, главный подручный и придворный маг Шиннока, и принялся разведывать обстановку. Наши враги поняли, что нужно срочно что-то делать, и сначала подослали убийц к королеве Арсина и ее дочери, а потом настучали на Куан Чи Старшим Богам. Он снова бежал в Не-Мир, а Крия и Ворпакс едва не погибли – слуги Тьена воткнули королеве меч в спину, принцессе же половину костей переломали, при этом Рейден распустил слух, будто обе женщины сами друг с другом передрались из-за власти. Однако у Крии был старый знакомый, лорд Атэир, создатель и протектор так называемых Новых Миров. Это был довольно-таки странный тип, хотя в принципе не злой и не подлый, правда, внешнемирцев он не особо жаловал. Поговаривают – правда, я совершенно не уверен в том, что это на самом деле так – что Ворпакс якобы его дочь. Он узнал от своих соглядатаев, что королева Арсина попала в беду, и пришел к ней на помощь; какое-то время Крия с дочерью жили у него в Новых Мирах, а потом вернулись к себе на родину. Прошло много лет, мы с Шэнгом к тому времени уже давно помирились, и однажды у нас на пороге появилась девушка – у меня даже не возникло сомнений в том, кто ее родители, потому что у нее были такие же роскошные вьющиеся волосы, как у Ворпакс, только черные, и светящиеся глаза – внешнемирцы, как правило, передают эту свою черту детям от людей других рас по наследству. Она сказала, что ищет своего отца; так в итоге у нас и осталась – Сариллайн, в общем-то, человек очень хороший и приятный в общении, с ней легко найти общий язык, но о своем прошлом в доме бабушки рассказывать не любит. Насколько я понял по некоторым ее высказываниям, Крия Шэнга по неизвестным мне причинам заочно невзлюбила и время от времени шпыняла внучку за то, кто она по крови, саму же Ворпакс больше вообще не отпускала от себя ни на шаг – уж не знаю, как Сариллайн смогла вообще уйти из Арсина, правда, спрашивать все же не стал.

- Думаю, и не стоит, это было бы с твоей стороны не слишком деликатно, - поддержал его бандит. – Да уж, ничего не скажешь – грустная история.

- У вашего предыдущего предводителя была одна приближенная по имени Мирджета, - продолжил бывший чемпион.

- Ага, была такая, она вроде как наполовину албанка, - припомнил Кэно. – Потом ее полицейские в Японии застрелили при оказании вооруженного сопротивления. Я тогда еще совсем малолеткой был.

- Тоже встречалась с Шэнгом, правда, очень недолго. У нее остался сын, Джастин. В отличие от Ави, он совершенно безобиден, увлекается рукоделием, ты, конечно, можешь подумать, что это дело не мужское, но внешнемирцы вообще в этом плане очень талантливы. Прямо тебе скажу – мастера по металлу они вообще никакие, украшения делать просто не умеют, покупают у соседей или заказывают у подвластных им народов, оружие у них очень качественное, прочное, надежное, в бою не подведет и не сломается, но грубое, красоты в нем нет. Зато что касается гобеленов, шитья, вышивки, плетения – вот тут им равных не найдешь, во Внешнем Мире очень много настоящих виртуозов в этих областях, причем как женщин, так и мужчин. Однако идем дальше. Не помню, упоминал я или нет о том, что мои родители меня в Храм Света вместе с младшей сестрой сплавили, потому что нас было нечем кормить? Так вот, я нашел Май Лао, когда пошел на разведку и добрался до одного из тайных святилищ Тьена – она была там одной из служительниц, не знаю, что они там за эксперименты над ней ставили, но она не старела, точно так же, как и я. Где-то с полчаса я мучился сомнениями, а потом подстерег сестренку в укромном месте, где нас никто не мог увидеть, и во всем ей признался. Она была одновременно и рада меня видеть, и шокирована, а я этим воспользовался, схватил ее за руку и предложил уйти со мной. Май была настолько ошарашена, что согласилась – но не уверен, что она в тот миг вообще поняла, куда я ее привел. Поначалу она перепугалась до смерти, однако потом даже обрадовалась. Может быть, я разрушил все то, чем она жила долгие годы, но та жизнь, к которой она привыкла, была по сути дела грязной лужей со стоячей водой: полная неизменность и одно и то же изо дня в день. Она рассказала мне о том, как у них все проходило: ты встаешь утром, завтракаешь, совершаешь омовение, потом идешь в святилище и до одурения читаешь мантры. После полудня обед. Затем идешь в библиотеку, пялишься там во всякие свитки. Вечером снова святилище и мантры. Ужин и сон. Встаешь, завтракаешь, омовение, мантры, молебны Старшим и Младшим Богам… я не знаю, как она вообще сохранила здравый рассудок. Я познакомил ее со своим лучшим другом. Как ты сам понимаешь, она в своем капище не видела нормальных мужчин долгие годы, и Шэнг ее сильно поразил. Сейчас не могу сказать, была ли это с ее стороны такая сильная любовь или скорее восхищение, но буквально через пару месяцев после знакомства они поженились, а еще через год у них родилась дочь – Мей или Маи, если по-куэтански. Не знаю, какова доля моей вины в том, что произошло дальше, но я не рассчитал того, что Рейден и Тьен не прощают измен.

- Они ее убили? – догадался Кэно.

- Разумеется.

- Ну а ты тогда тут при чем?

- Я увел ее из святилища, - с печалью в голосе ответил Эсмене.

- Вот чего не надо, так это взваливать на себя вину за чужой грех, - хмыкнул глава «Черного Дракона». – Рассуди сам, ты же умный человек. Ты увидел свою сестру в святилище у врагов. Какие у тебя могли быть варианты действий? Пройти мимо и потом страдать или подойти к ней и открыться. Ты выбрал второе. Теперь об этой твоей Май. Сам подумай: она к тому моменту была уже не малышкой в ползунках, наверняка уж не одну сотню лет разменяла. Вот она видит перед собой вроде как давно погибшего брата, который рассказывает ей о том, что ему пришлось пережить и почему он, выражаясь фигурально, поменял сторону. У нее тоже был выбор: она могла не поверить, решив, что ей тут какой-то проходимец рассказывает сказки, выдавая себя за Великого Кунг Лао. Могла назвать тебя предателем и отказаться с тобой идти. Она решила все же отправиться с ним в неизвестность. Думаю, что взрослая баба имеет право сама пользоваться башкой по назначению, и это был ее выбор в здравом уме и трезвой памяти. Потом она встретила красивого мужика. Опять же: ее никто силком в кровать не волок и под венец с револьвером тоже не провожал. Ей взбрело в голову выйти за него замуж. Тоже ее решение…

- И все же если бы я не увел ее тогда из святилища… - перебил его бывший чемпион.

- Слышь, ты уж извини, но хорош плести хуйню. Я до тебя уже пять минут, наверное, донести пытаюсь, что ты никого ни к чему не принуждал и Май твоя сама с тобой пошла, а этот урод гребаный, бог грома то бишь, сам ее и убил. Я могу понять, когда человека в такие условия поставили, что он ничего сделать не может. А тут – ты сестрицу свою не похищал, с хозяином моим она тоже трахалась по доброй воле, Тьен с Рейденом ее сами решили грохнуть, а ты не поймешь зачем на себя вину вешаешь. Если бы она не ушла из святилища, то могла бы умереть от чего-то другого, например, от болезни. Братья Императора могли бы не узнать, что она у вас, и она по сей день была бы жива. В общем, есть много разных причин, которые привели эту твою Май к смерти, но если начать тут дурью маяться и философствовать, то с тем же успехом с ней могло и ничего не случиться. Короче – кончай страдать хуйней. Если ты сам кого не убил, причем специально, а не по неосторожности, то ты в его смерти ни с какого боку не виноват. Чтоб быть повинным в том, что кто-то там ласты склеил, так надо самому этому чуваку глотку располосовать или мозги вышибить. Ты это… короче, извини, если нагрубил.

- Ты прав, - согласился Эсмене. – Май к нам на родину по делам отправилась, так ее возле Жу Зиня подстерегли в безлюдном месте, и мало что от нее осталось. Маи постоянно спрашивала у нас, где мама и когда она придет, а мы не знали, что ей соврать, ведь не скажешь же пятилетней малышке с куклой всю правду, тем паче в подробностях. Ей сейчас четырнадцать, она, конечно, уже все и знает, и понимает, а в те годы трудно было такое объяснить ребенку, вот меня, наверно, поэтому совесть и мучает. Спасибо тебе, попробую уж поставить голову на место, - он поднялся на ноги, стряхнул крошки с пальцев. – Ну что, идем во Внешний Мир?

- Ага, - Кэно тоже встал, но на мгновение задумался. – У меня тут еще один вопросец назрел, может, конечно, тупой, но с тобой я могу об этом побазарить. Тут вот какая штука. Мой покойный папаша, когда я еще совсем мальцом-трехлеткой был, учил меня: если вдруг твоего друга, босса, кого из твоих ребят или родни при тебе будут бить аль чего похуже, то просто стоять и смотреть на это – против чести. Он мне говорил: твой долг – вмешаться и дать тому чуваку, который его бьет, в рыло, и плевать, что он после этого тебе самому башку продырявит, но своих в беде не бросают. Ну, я всю жизнь так и делал – друзей в обиду не давал, а если кто наезжал на моих ребят, так потом ему долго собирал челюсть хирург-травматолог. Вчера же хозяин нам с тобой говорит: даже если Император меня убивать у вас на глазах будет – не смейте лезть. Знаешь, я, конечно, все понимаю, другая страна – другие порядки, но все равно это как-то не по-людски.

Эсмене гневно сверкнул глазами.

- Знаешь что, Кэно? Шэнг может просить меня, да и тебя тоже, о чем угодно, и обещать мы ему можем в свою очередь все что угодно, но сказать – не значит сделать. Мало ли что я там кому говорил, из этого не следует, что я буду позволять откровенному психопату у меня на глазах убивать моего лучшего друга. Я лично буду действовать по обстоятельствам. Если ругань между начальником и подчиненным останется, так сказать, в рамках здравого смысла и ограничится тем, что Император на Шэнга слегка поорет, то вмешиваться я, разумеется, не стану, да и незачем это. Если же все перейдет границы разумного, то стоять и смотреть я не стану, и мне плевать, что после этого будет со мной самим, потому что мне, честно говоря, уже попросту нечего терять. Твой покойный папаша был правильным мужиком и изволил говорить очень умные вещи. Думаю, мы с тобой друг друга хорошо поняли.

Глава «Черного Дракона» кивнул. Что ж, вроде бы этот Эсмене не такой уж и странный тип, как ему показалось поначалу. Безусловно, тоже со своими закидонами, однако если учесть, как ему досталось по жизни…

- Конечно, поняли. Ну что, идем?

- Вперед.

***

Эсмене и Кэно спустились по трапу, осторожно осматривая окрестности – лишние неприятности им были совсем ни к чему, а повернутая на восстановлении справедливости Соня вполне могла, увидев своего давнего врага, устроить серьезную драку. К счастью, Избранные, пока бывший чемпион беседовал со своим новым знакомым, благополучно успели убраться восвояси. Кэно с наслаждением расправил плечи, вдохнул свежий морской воздух, пригладил свои коротко остриженные темные волосы.

- Хороший денек, вот бы сегодня искупаться, а то давненько я что-то в море не плавал. А как во Внешнем Мире с погодкой?

- С погодкой там сильно по-разному, от конкретного региона зависит, - ответил его спутник, ведя главу «Черного Дракона» по направлению к какому-то комплексу зданий, своей архитектурой сильно напоминавших восточные пагоды. – Короче, мы с тобой сегодня отправимся в сам Внешний Мир, а если более точно, то в имперскую столицу Цоруан, и хорошо проведем время, а вот Шэнгу, к сожалению, предстоит более чем неприятный разговор… хотя я надеюсь, что в этот раз пока что все обойдется. Ближе к вечеру можем и искупаться. Я б тоже не отказался.

- Пока что? – переспросил бандит; его как-то не очень радовала перспектива веселиться и хорошо проводить время в подобной ситуации. – Вообще я, можно сказать, второй день на этой работе, и мне кое-что уже успело не понравиться. То есть коллектив, в принципе, хороший, вписался я в него относительно нормально, зарплата приличная, и все бы ничего, если не считать не совсем адекватного начальника, то бишь Императора.

- Сказать, что у него с головой плохо – это еще мягко выразиться, - становилось жарко, и Эсмене снял кардиган, оставшись в легкой льняной безрукавке. – Мне иной раз бывает даже интересно: вот неужели у человека ничего в голове не щелкает на тему осознания того, что его действия явно противоречат логике и элементарному здравому смыслу? А вообще, кстати, забыл тебе сказать, что я в сердцах его мерзкого братца проклял. Не знаю, сбудется или нет. Сначала я просто пообещал всячески вредить Рейдену и Тьену всеми возможными способами, а потом сказал своему бывшему покровителю, что судьба жестоко накажет его за содеянное. Я пожелал ему, чтобы он умер самой страшной и позорной смертью в полном одиночестве, но при этом пережил всех своих детей и тех, кто ему хоть как-то близок. Мне потом один мой ныне покойный друг сказал: нехорошее это дело, проклятие может рикошетом по тебе ударить. Только что толку? Я-то со своим острым языком до сих пор живу, и хоть бы насморк у меня случился. Сам же Ли был человеком в высшей степени праведной жизни, всем желал добра, никогда никого не проклинал, редко злился, но вот погиб во цвете лет, приняв адские муки.

Бывший чемпион угрюмо замолчал. Кэно несколько растерялся: спросить, что случилось, и посочувствовать, или это не слишком деликатно и лучше будет промолчать?

- Он был одним из руководителей восстания тайпинов, - снова заговорил где-то через полминуты Эсмене. – Проклятый наставник Храма Света за кругленькую сумму сдал Ли и его соратников маньчжурам. Мой друг был серьезно ранен и попал в плен. Враги посадили его в деревянную клетку с прутьями – хотя прутьями эти едва ли не бревна можно назвать весьма относительно – толщиной в руку взрослого мужчины и сожгли заживо. Вот так хорошие люди умирают, а я вот живу.

- Соболезную, - ответил глава «Черного Дракона»; ему как-то довелось смотреть боевик, в котором действие происходило во время восстания тайпинов, поэтому он был относительно в курсе событий, пусть историю в школе никогда и не учил. – Попался ему на дороге очередной мерзавец – ебанат-фанат Рейдена, и попал мужик на ровном месте.

- Я потом с наставничком тоже разобрался отчасти с помощью Рутая, и сдохло это чмо далеко не сразу, но Ли мне было уже не вернуть. Судьба ко мне несправедлива: столько прекрасных людей уже умерло, хотя на их месте мог бы быть я, и человечество ничего бы не потеряло. Свое обещание пакостить Рейдену я отчасти сдержал: создание синдикатов «Черный Лотос» и «Синие фонари» - моих рук дело.

Кэно уже понял, что его новый знакомый обожает себя накручивать и злиться на весь белый свет, и решил хоть как-то поддержать его морально.

- Так ему и надо, мудаку. Долго хоть мучился?

- Примерно часов десять, - Эсмене криво ухмыльнулся. – Ненавижу Храм Света.

- А там, видать, все хороши. Однако вернемся к Императору, мне хотелось бы кое-что узнать о личности этого ушлепка, чтоб хотя бы знать, чего опасаться. Расскажи-ка мне про него поподробнее, что он вытворяет.

- Потом, - бывший чемпион неожиданно перешел на шепот. – Вон Шэнг с Рутаем идут, сейчас мы с ними вместе отправимся через портал. Не стоит в их присутствии говорить на эту тему. Останемся одни, тогда и поделюсь с тобой всем, что сам знаю.

***

Когда все Избранные сошли на берег, к ним подошли одетые в длинные коричневые и черные балахоны с закрывающими лицо капюшонами служители – примерно такие же, как и те, что регистрировали прибывших на «Крыле Дракона», и проводили их в нужном направлении. К главному зданию, где вечером должно было состояться торжественное открытие турнира, вела невероятной высоты лестница, на которой Джонни снова растерял все чемоданы.

- Тебе с ними не помочь? – участливо спросил Лю.

Несчастный киноактер вежливо отказался, не желая обременять своего нового друга, но был ужасно рад, когда поднялся наверх. Чемоданов стало несколько меньше, но Джонни особо не расстроился, подумав, что на турнире ему вряд ли понадобятся нарядные смокинги и лакированные туфли, не говоря уже о куртках – тут было достаточно тепло.

- Все, ступеньки закончились, - с нескрываемым облегчением вздохнул он.

Глазам Избранных предстало высокое старинное сооружение с очень своеобразной отделкой, в плане архитектурного решения сильно напоминающее земную пагоду. Внутренние и даже некоторые наружные стены его украшало множество изображений земных и внешнемирских воинов в полном вооружении, таинственных служителей в длинных балахонах, людей с такими же, как у Шэнг Цунга, глазами без зрачков. В коридорах стояли многочисленные статуи, своей реалистичностью напоминавшие античные – мускулатура, мимика, складки одежды, оружие изваянных людей выглядели в высшей степени естественно, казалось, что они просто застыли на мгновение, а в следующую секунду продолжат двигаться или говорить. В некоторых местах фрески и барельефы были затянуты очень плотной и крепкой паутиной – Арт Лин предположил, что она однозначно имеет внеземное происхождение.

- Хотел бы я посмотреть, на что похожи их туалеты, - хмыкнул Джонни, увидев столь странное искусство.

- Ты в каком классе, что тебя до сих пор интересует туалетная тематика? – устало зевая, ухмыльнулась Соня.

- Эх, мы тут явно не на один день задержимся, - тяжело вздохнул актер. – Я б не интересовался, если б заглянул на пятнадцать минут. А так мне очень даже хотелось бы прояснить вопрос с удобствами. Не думаю, что тебе все равно, как и где мыться и умываться, тем более что ты все-таки дама, а не парень. Хоть пасту-то зубную с собой взяла?

Соня отрицательно покачала головой.

- Ладно, забей, я поделюсь. Будем изо всех сил экономить и выдавливать только на кончик щетки, надолго хватит. Гель для душа и шампунь я тоже прихватил. Вот с прокладками будет туговато.

Она слегка покраснела и смерила актера осуждающим взглядом.

- А что ты так? – удивился Джонни. – Я не в лесу родился, был женат, у меня сестра младшая есть. Помню, у нее дамские неприятности первый раз в одиннадцать лет прямо в школе приключились, так я на перемене сам ей за средствами гигиены в ближайший ларек и побежал. Если уж мы вместе влипли, так давай вместе и вылезать, а ложную стеснительность в наших обстоятельствах нафиг-нафиг. Хрен его знает, как у внешнемирских женщин с физиологией и можно ли тут раздобыть всю эту муру, но не дрейфь, что-нибудь придумаем.

Избранные пошли за служителями дальше и неожиданно увидели неописуемой красоты девушку, сидевшую на каменном возвышении под оранжевым бумажным зонтом. Бархатные темные волосы незнакомки спускались до пояса тяжелой волной, загадочные карие глаза сияли, как звезды, черное шелковое платье подчеркивало стройность ее фигуры. Напротив нее на другом возвышении стояла уродливая статуя двуногой ящерицы высотой где-то в локоть.

- Это дейноних или велоцираптор? – посмотрел на странную вещь Джонни. – Мы недавно кино про динозавров снимали. Для дейнониха маловат, на велоцираптора не похож.

- Наверняка какой-то внешнемирский эндемик, - предположила Соня. – Странноватый у людей вкус, я бы такую мерзость у себя дома никогда не поставила. Те скульптуры у входа намного красивее, мне особенно понравились самурай с катаной и плачущая женщина в покрывале.

Тут прекрасная девушка, все это время сидевшая совершенно неподвижно с абсолютно безразличным видом, внезапно бросила долгий нежный взгляд в сторону Лю Канга. Джонни заметил это и сказал своему спутнику:

- Знаешь, когда женщина на тебя так смотрит, обычно это что-то значит.

- Что-что? – смутился и растерялся Лю; он по жизни очень мало общался с женщинами, разве что по работе, а встречаться так и вообще не встречался – стеснялся своего происхождения и маленькой зарплаты. Красавица в черном платье, безусловно, привлекла его внимание, но он как-то даже не подумал о том, что тоже может кому-то понравиться – ведь он всего лишь бедный грузчик-эмигрант, ни образования, ни денег, да и о внешности своей Лю был весьма скромного мнения.

- Я говорю, что ты ей нравишься! – пояснил актер. – А что, парень ты очень даже ничего, наверняка тебе девчонки что в Китае, что в Америке на шею вешались!

- Не так громко, что, если она услышит? – испугался Лю, но сам как бы ненароком тоже посмотрел на девушку под зонтом. Неожиданно их глаза встретились; молодой Избранный вздрогнул, словно от удара током. Он стоял, не в силах оторвать от нее взгляда, словно от чего-то невероятно чудесного, и молча ее рассматривал. Она заметила это и доброжелательно улыбнулась, и у Лю закружилась голова.

- Эй, ребята, вы чего? – испуганно подергал юношу за рукав Арт Лин. – Совсем сдурели? Увидели красивую бабу и потеряли головы? Прекратите, это какая-то внешнемирка. Хорошеньких куколок по всему миру полным-полно, держитесь подальше и поставьте мозги на место. Она вас зачарует, а потом нам всем крышка.

- Какая внешнемирка? – хмыкнул Джонни. – У нее глаза нормальные. Ну даже если и так – чего ж, Лю уже расслабиться и пофлиртовать нельзя?

- Арт прав, - поддержала спортсмена Соня. – Внешность может быть обманчивой, мы с вами уже говорили про дерево на берегу, а тут какая-то женщина. Где гарантия, что это не ловушка Шэнг Цунга? Вы что – сказок в детстве не читали? Кто-нибудь особо одаренный мог создать иллюзию, что у нее нормальные глаза, что она красива, а под этой прекрасной оболочкой на самом деле может прятаться какой-нибудь уродливый демон. Только дай ему повод, начни флиртовать, а он уж затащит тебя в преисподнюю или в свой этот Внешний Мир на верную гибель.

- А вы, парни, как увидели эту мочалку, так сразу и поплыли, - пожал плечами олимпиец. – По моим наблюдениям, если баба слишком уж вся из себя хорошенькая, беды не оберешься. Я по молодости дураком был, западал на красоток. Огребал неоднократно – то она глупа как пробка и подарков, цветов и денег требует, то из себя вся выпендрежница, то мне из-за нее другой мужик морду набить пытался, то она гуляет направо и налево. Моя нынешняя девушка – типичный ботаник в очках, ей уже тридцать пять, учится в докторантуре, работает, косметику и цветы не любит, денег не просит, по дискотекам не бегает, но зато с ней спокойно и уютно, уж точно знаю, что никакую пакость не выкинет. Вернусь с турнира живым – сразу женюсь. Советую держаться подальше от красивых баб, уж поверьте моему горькому опыту. Есть, конечно, исключения типа нашей Сони, да встречаются не чаще, чем ворона-альбинос.

- Ну уж неправда, - возразил Джонни. – Моя бывшая жена – очень красивая, но при этом отнюдь не плохая женщина. Только вот профессия нас развела – Сидни все злилась, что я с ней мало времени провожу и женат не столько на ней, сколько на съемочной площадке. Так что, приятель, это не внешность виновата, а тебе не повезло.

- Все равно, пусть Лю не теряет голову и будет поосторожнее, а то еще огребет на голову всякие неприятности, от наших внешнемирских знакомых всего можно ожидать, - недоверчиво произнес Арт.

Когда служители проводили Избранных в отведенные им комнаты и те разошлись отдыхать с дороги, в коридоре появился Шэнг Цунг. Девушка под зонтом заметила черного мага и окинула его ненавидящим взглядом. Ну что же, он отлично знал, что это значит… Впрочем, чего другого он мог ожидать?

- Принцесса Китана – наш самый опасный враг. Следи за ней очень внимательно, Рептилия, держи ее подальше от этих людей!!! – обратился он к динозавроподобной статуе.

Тут мнимая скульптура внезапно зашевелилась, обернулась живым ящером и стремительно убежала. Шэнг всецело доверял человекоящеру Комодаю по прозвищу Рептилия, выходцу с планеты Затерра и своему личному охраннику.

© Имие Ла,
книга «Хроники Смертельной Битвы-1: Начало».
13. Непростой разговор
Комментарии